​У Лизы внутри будто оборвалось что-то, в ушах сразу зашумело. Соболева. Стоит прямо там, у входной двери в подъезд. Палец сначала соскользнул с кнопки, но со второй попытки она с силой вдавила её, удерживая секунды три, пока за дверью не щелкнуло.

​— Заходи, — бросила она в трубку и повесила её обратно на рычаг.

​Она осталась стоять в прихожей, глядя на темную обивку двери. Сердце колотилось где-то у самого горла, мешая дышать. В подъезде глухо звякнул лифт, потом послышались шаги — легкие, быстрые, каблуки не стучали, а как-то мягко шуршали по линолеуму. Дверь в квартиру была не заперта. Соболева толкнула её и вошла. На ней было то самое серое пальто, в котором Лиза видела её на парковке у ресторана, волосы слегка растрепались от ветра, на губах — дежурная, спокойная полуулыбка.

​— Привет, Лиза. Не заперто у вас, — она притворила за собой дверь, но обувь снимать не стала, так и осталась стоять на коврике.

​Лиза молчала. Она скрестила руки на груди, чувствуя, как её буквально трясет от злости и унижения. Эта девка стояла в её прихожей — там, где Игорь десять лет разувался, вешал куртку, бросал ключи в глиняную плошку. А теперь тут стояла Соболева, разглядывая вешалку с детскими куртками.

​— Ты зачем приперлась? — у Лизы едва хватило дыхания, чтобы голос не сорвался на писк.

​— Да так, посмотреть на тебя хотела. Ну и на дом, — Соболева сделала два шага вперед, заглядывая в проем гостиной. Провела ногтем по косяку, мазнула взглядом по старому серванту. Заметила на полке свадебную фотографию Лизы и Игоря в серебряной рамке, наклонила голову, разглядывая, но в руки брать не стала. — Скромненько тут у вас. Игорь говорил, что ты годами мебель обновить не разрешаешь, всё за старье цепляешься.

​Лиза сделала шаг к ней, сжав кулаки так, что ногти больно врезались в кожу.

​— Я еще раз спрашиваю: тебе чего надо? Поиздеваться пришла?

​— Зачем сразу поиздеваться? — Соболева повернулась к ней, сунув руки в карманы пальто. Взгляд у нее был сытый, наглый. — Просто хочу, чтобы ты дурью не маялась. Игорь со мной живет. Каждую ночь. Он от тебя выл, Лиза. Говорил, ты в постели как бревно, только и знаешь, что про уроки детей ныть да полы намывать. Ты для него кухаркой была, прислугой бесплатной, а не женщиной. Он тебя и не любил никогда, так, подвернулась удачно под руку, когда ему тыл нужен был.

​Лиза смотрела на нее, и её мутило от этого ровного, аккуратного тона. В глаза бросился её свежий маникюр, уложенные волосы, дорогой парфюм — этот сладкий запах духов сейчас забил весь коридор, вытесняя привычный запах дома. Игорю, значит, скучно было. Тыл ему нужен был. Внутри у Лизы всё горело от такой дикой, паскудной ярости, что хотелось просто вцепиться ногтями в это ухоженное лицо.