— Вот что, даю вам время до рассвета завтрашнего дня, — сказал король. — Если к первым лучам солнца ворота не будут открыты, то открою их сам. Но рекомендую сделать добровольно. В этом случае войду в город без всяких условий, но обещаю учесть ваши любопытные традиции. И даже, возможно, сохранить в том или ином виде. А если открою ворота сам, то не обессудьте…

— Твое величество, Иктерну бы очень хотелось решить дело миром, — принялся увещевать комендант. — Зачем нужно лишнее кровопролитие? У нас ведь тоже очень большая армия.

— Значительная часть которой состоит из пиратов, — тут же откликнулся король. — Это, кстати, мне тоже не нравится. Пиратства… точнее, независимого пиратства, я не потерплю.

В отличие от информации о политическом устройстве города-порта, сведения о военной мощи противника Михаил получил сполна. Так же, как и о том, что в Иктерне концентрация ишибов на душу населения превышала этот же показатель любого из городов близлежащих стран.

— Твое величество, у нас союзнические и прочные торговые отношения с островными государствами, — сокрушенно произнес Зореант. — Это тоже повелось издавна. Мы поддерживаем их, а они — нас.

Множество островных карликовых государств, расположенных на некотором расстоянии от материка, по сути, представляло собою оплот пиратства. Все это не вдохновляло Михаила, потому что в дополнение к заботам на суше у него появлялись проблемы и на море. Но выход в мировой океан очень хотелось иметь. Там совсем другие скорости и возможности.

Также ему давно стало понятно, почему король Раст и его предшественники на троне Кманта не пытались установить над Иктерном полный контроль. Это было весьма проблематично и потребовало бы больших затрат без реальных надежд на улучшение ситуации. Поэтому они ограничивались лишь формальной подчиненностью. Но сейчас ситуация была другой. Король Ранига, во-первых, тешил себя надеждой, что ему наконец удалось собрать более-менее сильную армию, а во-вторых, его не связывали никакие условности в отношениях с Иктерном. Конечно, хотелось бы решить все миром, но, похоже, что навязать торговцам свои требования без демонстрации мощи не выйдет. Как и предсказывала Анелия.

— Мое предложение остается в силе, — произнес Михаил. — Завтра на рассвете я увижу ваш ответ.

Ночь прошла спокойно. Генерал Ферен подозревал, что Иктерн мог попытаться ударить первым в надежде на внезапность, но этого не произошло. И хорошо, что не произошло, потому что король был очень занят важным делом. Его дело носило известное всем имя и превзошло саму себя по части ласк и неутомимости. Такая активность удивляла, но лишь до того момента, пока не выяснились ее причины.