— Парет, это — гениальные и очень точные слова. Но не будем обсуждать такую скользкую тему. Нужно, чтобы приемные заработали как можно скорее. Представь Ксарру заявку на расходы. Он заплатит.

— Хорошо, твое величество. Думаю, что поиск изобретений — прямая обязанность Академии.

— Рад, что мы поняли друг друга. У меня есть еще один вопрос.

— Какой, твое величество?

— Ты ничего не знаешь о давней истории, произошедшей в Фегриде? О том, что кто-то из имис сумел научить неишибов управлятьти ?

— Я слышал об этом.

— И что думаешь?

— Если это правда, то для некоторых людей это может быть очень полезно, — дипломатично ответил Парет.

— А для ишибов?

— Думаю, что нет.

— А для великих ишибов?

— Насколько я помню, как раз великие ишибы испугались больше всего, твое величество.

— Хорошо, а для тебя лично?

— Мне очень интересен этот способ.

— Но ты бы не возражал против его использования на практике?

— Нет, твое величество. Я не завистлив и не опасаюсь за свое положение.

— Я так и думал. Спасибо, Парет.

Разговор с главой Академии заставил короля задуматься. Он никогда не сомневался в уме великого ишиба и догадывался, что тот подозревает о многом. Сейчас Парет дал понять, что считает Свиток фальшивкой. Но ведь на этом его умозаключения не остановились. Если информация об амулетах исходила не из Свитка, то что или кто был источником? Король знал, что вариантов всего три: либо он сам, либо Аррал, либо кто-то, кто стоит за ними и пока еще не показывается на публике. Если Парет придет к выводу, что главным новатором является король, то следующий вывод очевиден: король ненастоящий. Каковы шансы на то, что несчастный беглый принц, чудом спасенный, окажется к тому же безусловным гением в деле изготовления амулетов? Шансы минимальны. Наоборот, все говорило бы о том, что лжекороль — мастер подделок, который сумел изменить даже свой собственныйаб . Когда Парет это поймет, то как отнесется к происходящему? Михаилу хотелось верить, что великий ишиб не станет ничего предпринимать. Ведь, например, Анелия тоже не начала никому рассказывать о своих подозрениях. Напротив, после того как она узнала, что Нерман обладает чересчур большими способностями и возможностями, то отнесла его к разряду каких-то сверхъестественных существ, даже не задумываясь о том, что такие существа не могут быть настоящими людскими королями. Впрочем, как раз здесь Михаил подозревал, что в личных симпатиях принцессы обладатель чудесных способностей занимает более высокую ступень, чем носитель королевского титула. Но все равно после разговора с Паретом король еще долго думал над тем, не нужно ли ввести в «игру» дополнительный персонаж для внутреннего пользования. Загадочного третьего, кто стоит за спиной истинного Нермана и его наставника. В конце концов, чем больше переменных, тем труднее даже такому мудрецу, как Парет, докопаться до истины. Король не принял окончательного решения, если не считать намерения посоветоваться на этот счет с Арралом.