— У тебя еще есть пьесы?

— Конечно, твое величество! Сейчас их около десятка.

— И они все о любви?

— Не все, твое величество, но большинство.

— А какая из них тебе самому больше нравится? Вот эта?

— Нет, другая. Называется «Счастье на продажу».

— О чем она?

— Об одном очень умном и благородном, но бедном дворянине, твое величество. Он просит руки девушки, в которую влюблен, но она выбирает не его, а другого, который глуп, плохо воспитан, труслив, но богат!

— Пьеса с тобой?

— Да, твое величество.

— Давай ее сюда.

Михаил, принял свиток, отложил его в сторону и продолжал с интересом рассматривать собеседника.

— А смешные пьесы у тебя есть?

— Смешные?.. Да, твое величество, есть!

— О чем самая лучшая?

— О том, как один господин, большой жулик, женился на двух сестрах, выдавая себя за братьев-близнецов. А потом оказалось, что никаких сестер нет и в помине. Это тоже одна и та же женщина.

— Ты эту пьесу тоже захватил?

— Да, твое величество!

— Хорошо, я их почитаю. Как твой отец, благородный уру, относится к такому увлечению?

— Трудно сказать, твое величество. Он не воспринимает его всерьез. — Юноша слегка осмелел и почти не запинался.

— А сегодня ты что-нибудь написал уже?

— Сегодня? Пустяк лишь, твое величество. Монолог одной девушки.

— Прочитаешь? — Королю хотелось как можно быстрее разобраться с феноменом. Он мог бы, конечно, ознакомиться с другими пьесами, но решение можно было принять уже сейчас. Если первое произведение не случайно и остальные находятся на том же уровне, то перед ним несомненный литературный и театральный гений.

— Твое величество хочет, чтобы я здесь продекламировал эту часть?

— Да, Аронеарст.

— Если на то воля твоего величества…

Юноша встал, выпрямился и словно преобразился. Откуда-то возник звучный глубокий голос — как раз такой, который может достичь ушей даже сидящих вдалеке зрителей.

Кувшин водою свежей полон, Измазан ежевикой рот, Иду, шипы дразня подолом, И роза в волосах цветет.Еще упоена свиданьем, Я задержалась у ручья. С закатным золотым сияньем Сияньем глаз поспорю я{Стихи Хуаны де Ибарбуру, перевод Инны Чежеговой.}.

— Принято! — закричал король, хлопая рукой по столу.

— Что, твое величество? — Аронеарст остановился и испуганно смотрел на собеседника.

— Или я ничего не понимаю в литературе, или ты — гений, — ответил Михаил.

Фраза звучала очень странно для ушей молодого человека. В мире Горр, по сути, литературы как таковой еще не было. Существовали отдельные произведения в очень небольшом количестве, но никто не говорил, что он разбирается во всех их, вместе взятых.