Уру Манк, посол, встретил короля радостно. На его лице было написано удовлетворение своим положением. Он проводил время с женщинами, много пил, а его лечением занимался давний приятель — ишиб Иашт. Впрочем, тысячник в отставке Манк ровным счетом ничего не решал, а являл собой образец бутафорского посла.

— Ну что, Манк, как поживаешь? — спросил его король. — Рьяно трудишься на благо Ранига и Круанта?

— Да, твое величество! Денно и нощно. Днем беседую с придворными, а ночью… как бы это сказать… с дамами. Тоже беседую.

— И что, они открывают тебе свои тайны? — силясь скрыть улыбку, поинтересовался Михаил.

— Конечно, твое величество. Рассказывают все, что знают. Как же без этого. А я потом, за завтраком, надиктовываю сведения писцу.

— Но ведь и они пытаются что-то у тебя выведать, разве не так? Особенно дамы.

— Да, твое величество верно подметил. Еще как пытаются.

— И что, ты рассказываешь?

— Конечно, рассказываю, твое величество. Иашт посоветовал ничего не скрывать. Резать правду-матку, так сказать.

— И дамы остаются тобой довольны?

— Нет, твое величество. Они уходят огорченными и полными нелепых подозрений.

— В чем тебя подозревают?

— В том, что их обманываю, когда на все вопросы отвечаю, что ничего не знаю.

— А ты действительно не знаешь?

— Да, твое величество. Иашт сказал, что так будет лучше. Поэтому я совсем не интересуюсь жизнью Ранига. И совершенно не в курсе даже текущих событий. Никаких сообщений из Парма или еще откуда-либо не читаю, гонцов не принимаю, а отправляю их к Иашту. Это ведь правильно, твое величество? Я ничего не делаю во вред?

— Абсолютно правильно, Манк. Продолжай в том же духе, и я награжу тебя орденом.

— Буду очень стараться, твое величество.

Зато Иашт оказался кладезем информации о политической жизни Фегрида. Он хорошо подготовился к визиту короля. Сеть его шпионов, в которой немалую роль играли замаскированные эльфы, функционировала как часы. Михаил впитывал знания, как губка. Ему уже было известно кое-что из донесений Иашта, но разве можно сравнить сухие тексты с обычным человеческим общением, в котором даже мельчайший жест или скупая мимика несут смысл?

— Твое величество, — говорил Иашт, когда король только прибыл в Иендерт. — Обстановка в Фегриде не очень хороша для нас. Среди знати и ишибов растет недовольство недавним повышением налогов. Думаю, что император может успокоить ситуацию лишь двумя способами: либо отправить самых яростных критиков в тюрьму, либо на поле сражения. Понятно, что с ишибами первый вариант не пройдет.

— Ты подозреваешь, что Муканту сейчас выгодна война? — спросил Михаил.