— Вот ты мне говорил, что войну поддерживают все советники императора. Но ведь есть кто-то, кто поддерживает больше всех? Активней всех?

— Конечно, твое величество, — ответил ишиб, который не успел даже взять в руки столовых приборов, — это — советник Торекст. Он самый агрессивный. Остальные по сравнению с ним миролюбивые ягнята.

— Почему? У него есть какие-то претензии ко мне или к Ранигу?

— Не явные, но есть. Он приятель тагга Рауна. Нашего тагга Рауна.

Раун, советник Миэльса, как и все остальные, кто бежал в Фегрид с бывшим королем, все еще находились здесь. Михаил знал об этом и собирался поднять вопрос об их судьбе в разговоре с Мукантом. Понятно, что никто из окружения Миэльса не горел желанием оказаться в руках Нермана, поэтому можно было ожидать, что они будут сопротивляться этому изо всех сил.

— А склонить его на нашу сторону ты пробовал?

— Пытался, твое величество, — печально ответил Иашт.

По интонациям в голосе ишиба можно было догадаться, что он перепробовал все. Взятки, любовницы, небольшой шантаж со стороны анонимных лиц — вот типичный набор профессионального дипломата.

— Он отказался наотрез?

— Торекст любит говорить, что его долг — искренняя служба стране и императору, твое величество.

— Да? И что это означает в действительности? — Михаил очень слабо верил в патриотизм в высших эшелонах власти. В личную преданность — да, верил. Но не в патриотизм.

— То, что Раун и прочие пообещали ему, что походатайствуют перед императором о назначении Торекста временным наместником в Раниге до появления нового короля. А может быть, должность наместника останется даже и после коронации.

— Он хочет получить больше, чем мы можем дать.

— Да, твое величество.

— Этот Торекст действительно опасен для нас?

— Еще как! Император и несколько других советников прислушиваются к нему.

— А ты не пробовал более… гм… радикальные меры?

— Твое величество! На нас же подумают в первую очередь!

— Да, подумают, но если случай будет очевидным. А так… мало ли что может случиться.

— Твое величество, у меня не было сил для столь тонкого дела.

— Иашт, сейчас в Иендерте находятся Кретент и Мерт.

— Понимаю. Они — серьезные люди.

— Более чем.

— Но уже поздно, твое величество. Через два дня — встреча с императором, а советники уже все сказали.

— Как раз не поздно, Иашт. Первая встреча все равно ничего не решит, а вот в промежутке между первой и второй мне бы не хотелось, чтобы наиболее упорные советники сбили Муканта с правильного пути.

— Ничего не решит, твое величество?

— Конечно. Вот представь себе, что тебе нужно провести важные переговоры. Сначала ты «прощупаешь» собеседника, составишь мнение о нем, может быть, выдвинешь какие-то условия и обязательно дашь время на обдумывание. Это обдумывание нужно будет не только ему, но и тебе. Если, конечно, нет спешки. Но сейчас ее нет, кажется. Понимаешь?