— Тебе кого? — качок набычился и поднялся.

— Я к Леонардо.

— Его нет.

— А если найду?

— Чего-о?

Он не понял моей иронии и попёр вперёд. Руки он расставил во всю ширь, как будто собирался меня обнять. Но было ясно, что объятия эти дружескими не предполагаются. С другой стороны, парень не угрожал мне ножом или пистолетом, не пытался вырубить или покалечить. Он просто хотел выставить меня обратно за дверь. Мне тоже не хотелось причинять ему вред. К тому же, здесь была дама. Поэтому я шагнул к нему и быстро нажал на одну точку за ухом.

Парень не успел мне помешать — а потом замер, оцепенел. Я усадил его на диван. Девушка в страхе вскочила, прижалась к стене.

— Не бойся, — сказал я. — Как тебя зовут?

— Камилла…

— Иди сюда, Камилла. Смотри: массируй ему вот здесь, и минут через двадцать он будет как новенький.

Я показал место в районе солнечного сплетения, а сам прикрыл за собой дверь и направился дальше.

Леонардо оцепенел и без нажатия на болевые точки, так на него подействовало моё появление. Он вжался в кресло и зажмурился, как будто пытаясь притвориться мёртвым. Я уселся напротив и стал ждать.

— Много тебе заплатили? — спросил я, когда он открыл один глаз.

Его плечи вздрогнули, нога заелозила по паркету.

— Немало, Ник… — обречённо проблеял он. — Но и не так, чтобы очень много… В общем, средне… А ещё они обещали защитить меня от Карлоса Монтеро. Но сегодня от него опять приходили…

Я молчал.

— Теперь ты убьёшь меня? — донеслось из его скривившегося рта.

Чёрная его рука с розовой ладонью вцепилась в подлокотник. Начищенные до блеска туфли дрожали.

— Тебя незачем убивать, — сказал я. — Ты и так мёртвый внутри. Как все предатели.

Он пошевелился в кресле. Лоб его чуть наморщился. Леонардо пытался сообразить, можно ли ему радоваться или это пока рановато.

— Ты ещё не продал свой кофе? — спросил я.

— Нет, Ник, не продал. Какое там…

— Не называй меня Ник, мы больше не друзья. Кофе у тебя выкупят. С тобой свяжутся люди, скажешь им нормальную цену. Фамилия нашего торгового атташе Рабинович, так что даже не пытайся его обмануть.

Леонардо закивал.

— Хорошо, Ник… то есть… извини… Хорошо.

Он бросился что-то записывать на листке бумаги, наверное, фамилию Рабинович.

— За это мне нужно две вещи. Не надо записывать, запомнишь так. Первое: организуешь мою встречу с японцем, военно-морским атташе. Не знаю, как хочешь, так и выкручивайся, это твои проблемы, — отмёл я какие-то его возражения. — Второе: сообщи Карлосу и его кокаиновой братве, что их бизнес собираются потеснить амбициозные ребята из Африки. Решительные и отбитые на всю голову. Скажи, что слышал это из надёжных источников. Придумай, из каких именно. Надо, чтобы они поверили. Всё понял?