Хрусталев махнул ладонью и сам зашел за поворот. Расул, Шутяк, Куминов и Венцлав пошли за ним, вывернули на короткую прямую, где Гречишина и Воронков стояли перед широкой металлической полосой, видневшийся в аккуратном проеме, открывшимся перед ними. Сбоку, к стене, была прислонена толстая фанера, которая внешне выглядела как кусок бетонной стены. Присев, Куминов внимательно рассмотрел ее. Толстый слой пыли, под которым практически не было видно металла креплений, с помощью которых она крепилась, навели на определенные мысли.
— Нас кто-то должен был здесь встречать? — он посмотрел на Гречишину.
— Да. — чекистка дернула щекой. — Должен был, но не встретил. Его хотели взять месяц назад. Не сумели, подорвался на гранате, вместе с двумя немцами. Страхующего агента убили чуть позже, наши и убили.
— Данные точные? — капитан почувствовал, как снова в нем поднимается волна недоверия к этой девушке.
— Абсолютно. Связной привез мне копию списка погибших немецких солдат, с его именем и фамилией.
— Он служил здесь?
— Да, в охране внешнего периметра. Причина указана как неосторожное обращение с оружием. Но это вранье, полная неправда. Две недели назад здесь, в Берлоге, что-то случилось. Связной рассказал про стрельбу на половину ночи. Возможно, подопытные пытались бежать, возможно, что просто что-то пошло не так. Так что ребята успели сделать только это. И передать план коммуникаций, по которым можно было проникнуть внутрь. Я не могла отправить шифровку в Центр, пришлось идти к вам самой. Рисковать еще и тем, что ваша группа могла не дойти, нельзя. А с командованием операции вышло связаться уже после того, как вы ушли в прорыв.
— Почему они сами не смогли достать необходимый образец? — Куминов не мог расслабиться. Что-то во всей этой истории ему не нравилось.
— Не тот уровень подготовки, капитан. Всего два обычных человека, служившие в разных подразделениях. Только по этой причине отправили вас, и хорошо, что я смогла выйти именно туда, где мы с вами встретились. Да в чем дело, Куминов?!!
— Нескладно все выходит, товарищ лейтенант… — капитан внимательно посмотрел в ее сторону. — Настолько все удачно, что мне даже как-то не верится. То ты не могла связаться перед самой операцией, то связалась, когда нас уже не было по нашу сторону фронта. Потом связаться неожиданно получилось, и ты нас нашла сама… странно все это.
— Тебя не заносит, капитан? — Гречишина недобро оскалилась. — Твое дело какое?
— Мое дело выполнить задачу. Она ясна и понятна. Неясно и непонятно все связанное с тобой. Как ты связалась с командованием и как вышла на нас у деревни?