Куминов сделал лишь одно движение головой. Гречишина поняла, но реагировать не стала. Не попыталась хоть как-то сдвинуться в сторону, когда Расул, стоявший сбоку, поднял ПП, практически упершись глушителем ей в бок, а Хрусталев оказался за спиной. Лейтенант оставил ствол висеть на плече, он больше любил холодное и бесшумное оружие. Капитан был уверен, что сейчас так любимый им нож сейчас находится совсем рядом с ребрами Гречишиной. Один удар, и клинок, пройдя между ребрами, сразу попадет в самый важный мускул организма. Тот самый, что гоняет кровь по всей кровеносной системе человеческого тела.
Гречишина дергаться не стала. В ярком луче от фонаря, который Воронков направил ей в лицо, стала заметна лишь улыбка. Горькая и уставшая улыбка человека, обвиненного в том, чего даже и не думал делать.
— Молодец, капитан. — девушка невесело усмехнулась. — Так долго молчал, и, наконец, нате вам, разродился. Именно тогда, когда это вообще не нужно. Подозревал всю дорогу и молчал, ну ты даешь, Куминов. Это у вас за Уралом все такие упрямые и недоверчивые? Думаешь, что двойной агент? Привела вас сюда, и что? Про это ты не подумал? Какой прок немцам от твоей РДГ? Думаешь, что они обрадовались бы, получив вас в руки? Саша еще ладно, ей бы точно обрадовались, а вы? Обычная группа войсковой разведки, пусть и с необычными способностями, которых вы и не знаете, если разбираться. На кой ляд вы сдались все такие красивые немцам? И какого черта я не сдала вас раньше, ты не подумал? В тайнике после деревни? В бункере, откуда ехали? Когда вы все спали, и два часовых было? Снять твоих ребят по одному мне легко. Скрутила бы всех, как курят, вызвала бы вертолеты и все… дурак ты, Куминов.
Капитан молчал, слушая ее и пытаясь понять — что думать? Она была полностью и во всем права, но что-то внутри настойчиво заставляло не доверять ей до конца, не смотря на всю логичность сказанного.
На войне, как… — 17
Австрийские Альпы, окрестности объекта Биврёст, 196… год
Моросило. Везде зима, а тут с неба то дождь, то град. Хотя раньше белело и укутывало, почти как дома. Ему вот выпало торчать тут, наблюдать, считать, переправлять. Почти ничего серьезного, все основные коммуникации скрыты, немцы не дураки, с ними еще поборешься, если тайны узнать захочешь.
Бранденбург-800, о, да. Он знал этих ребят, знал хорошо, изнутри. Сам воевал плечом к плечу, в Африке, в Югославии, даже на родине пришлось пару раз оказаться. Вспоминать не хотелось. Сейчас запас, если не сказать хуже. Самый настоящий егерь, в Австрии, разве что шляпы с перышком не хватает. Он так и носит кепи, привык за столько лет.