Пишите нам, как вы воюете, сколько каждый из вас уничтожил гитлеровских мерзавцев.
Бригадиры хлопкового совхоза «Хазарбаг»:
Джураев Карши, Джумаев Ядгар, Джумаев Чоршамби, Рассулов.
Трактористы:
Хатамов Шадыяр, Сидоренко Григорий, Шаймарданов Чары, Айматов Абдула и др.'
Куминов покачал головой. Вон оно как, все четко и ясно. Сейчас пишут все же иначе, не рапортуют, стараются живее.
Бейте извергов… Они же и бьют. А те дают сдачи. Да еще как дают… И знать бы, что сейчас с Иволгиным и остальными, как они, вообще?
На войне, как… — 11
СССР, Сибирь, 196…
Локомотив, свистя старым котлом, подкатывал к месту выгрузки. Майор Калмыков, жуя сигарету, устало смотрел на платформы, тянувшиеся гусеницей. Где-то темнел брезент, накрывавший груз, где-то тот смотрел наружу, ничем не прикрытый.
Майор автоматом затягивая невкусный кисловатый дымок, табак был трофейным, от героических румын, ничего не понимал. Смотрел на вроде бы знакомое и привычное, но не понимал. Или не хотел понимать, не веря полученным инструкциям. Майор, воевавший последние десять лет, даже признаваться себе не хотел, что творящееся вокруг заставляет тупеть, погружаясь в какое-то болото.
И ничему не радоваться. Особенно несказанному, но очень понятному. Логику Калмыков считал вещью обязательной для любого офицера, и пользовался ей постоянно. Не полагался на услышанное, прочитанное или пересказанное, прокачивал информацию и старался правильно рассчитать настоящий вариант для будущего.
На фронте это помогало всегда. В тылу оказалось также важно. Вот как сейчас.
Сто платформ с подбитой, но годной к восстановлению бронетехникой. Сроки выставлены сжатые, сокращенные в три раза. Среди пополнения его ремонтного батальона затесались не меньше десяти сотрудников СМЕРШ. Сам Калмыков вчера был в Уфе, встречал это самое пополнение, добиравшееся до Черниковки на машинах, вместе с ГСМ и запасными частями. Сидел в буфете почти два часа, отметившись у коменданта о прибытии, выпил стаканов пять чая и скурил почти полпачки сигарет, выходя на перрон, под мелкий снег. Проводил глазами не меньше десяти похожих составов, бодро бежавших дальше. Два, если Калмыков все понял правильно, по стрелкам и путям перенаправили в Дёму.
А что в Дёме, поселке железнодорожников, завода ремонта подвижного состава и мехмастерских? Правильно, в Дёме еще два батальона последнего полка, принявшего в командный состав майора, не годного к службе на передовой. На левой руке полтора пальца, верно. Только мозги-то ему в бою за Белебей не вышибло, верно? То-то и оно, всякие майоры нужны Родине в тяжелый год. Особенно, если год затянулся на два десятилетия.