С мрачной решимостью Эстас протянул руку. В нее легли еще три пера.

— Может, не стоит? — обеспокоенно спросила Станка.

— А какие еще варианты? У нас около десяти минут. За это время если не поджаримся, так заледенеем. Надо искать выход.

Третья стена, едва ее коснулось лезвие, ожила, задвигалась, ощерилась острыми зубами. Громадная пасть с мерзким чавканьем выхватила и проглотила перо.

— Таннпирк, — со вздохом произнесла Мекса. — Пустынники еще Зубастиком кличут. Всеядная сволочь. Эстас, давай теперь верх проверим.

— А если нам кислота на головы польется? — не согласился Норк. — Давайте уж со стенами закончим.

С кислотой Норк как в воду глядел. Очередное перышко зашипело и расплавилось, а стена запузырилась едкими зелеными нарывами. Один с громким чпоком лопнул и ядовитые капельки разлетелись, прожигая одежду и обувь.

Тогда крепкий Юден подсадил Мексу, самую высокую из нас, и та аккуратно коснулась пером потолка. Каменная кровля не изменилась и я уж было обрадовалась выходу. Но Мекса дала знак опустить ее и покачала головой.

— Изнанка, — сказала она мрачно, возвращая белесым пустым глазам обычный карий цвет. — Живым туда хода нет.

— Еще пол остался.

Мы простукали каждый сантиметр каменного основания, стараясь не приближаться к стенам, попрыгали на нем. Я даже попробовала начертать пером фургла руну Турисаз, расчищающую путь, и Райдо, движение. Но меня специальные иглы-то не всегда слушались, что уж об этих заточках говорить. На твердом антарите и царапины не осталось.

Мы уселись на пол, хотя бы он оставался островком безопасности. Стены вокруг щелкали зубами, плевались кислотой, жарили, леденили. Сверху давило ощущение мертвой пустоты.

— Ну что, до конца-то высидим? — нарочито бодро произнес Норк. — Еще пять минут позора и свободны.

— Ситуация безвыходная, — согласился капитан. — Сидим.

И все замолчали, задумавшись о своем. А, все-таки, здорово было. И сложно, и интересно, и ребята такие замечательные. Обидно, конечно, сейчас последнее место занять, когда мы начали со второго. Но и пятое из двенадцати — это уже ого-го! И, главное, стыдиться нечего. Играли честно, сделали все, что от нас зависело. Оттого и мэтр Эрдис с Шентией нас поддержали перед судьями.

Я вспоминала последние события. «Второе дыхание», это ведь подсказка была и напутствие, как я сразу не сообразила. Даже арн Шентия пожелал удачи перед турниром, кто бы мог подумать. Только сказал это как-то странно, что-то про…

— Эстас, извини, как ты сейчас сказал?

— Э-э… Сидим. Ситуация безвыходная.

Точно! «Уверен, в самой безвыходной ситуации ты с легкостью найдешь решение…». Нет, не так, не с легкостью. Как-то по-другому… «С закрытыми глазами»! Внутри зародилась какая-то смутная волна торжества. Слишком он уж выразительно это произнес, чеканя отдельные слова. Это подсказка!