«Ага, курвуазье… а то я не помню, как ты его сам на втором курсе в подвале общаги бодяжил. Зельевары еще долго свой большой перегонный куб искали»

«И что, что сам? Божественно ведь вышло! Мало того, что в этом зазеркалье ни во что крепче вина не умеют, так еще и белый виноград не растет! В то единственное лето уродился, так ведь еле спас четыре лозы от этих дикарей — порченым посчитали!»

— Жан! Алексис! Так вы не наказаны! А мне сказали, что молчать неделю будете…

«Пффф, ну и нам так сказали! Будто нам до его запретов дело есть»

«Ага, рот он замотает нам, что-ли? Так пусть нащупает сперва!»

Веселый гогот братьев был как бальзам на душу.

«Еще ведь потребовал на пробу сначала, чем это мы тебя отпаивали! А как распробовал, так и плакал мой мартель… Сорокалетней выдержки, между прочим! Чистая амброзия! Подчистую все выгреб, гад такой…»

На мой вкус напиток был так себе, но и знаток из меня никакой.

'И, Ардиночка, хватит нас уже этими лягушачьими именами называть, Гагарина ради…

Опять за свое! Как же мне этих весельчаков не хватало.

— Тогда как величать прикажете?

«Меня можешь звать Санечка»

«А меня Ванечка!»

Как я рада, что все обошлось! Ну, или с небольшими, на мой взгляд, потерями. Тут к столику подошел Хельме, так что я в порыве чувств обняла друга, раз уж духов даже увидеть нельзя. Тот и так был в нетерпении, глаза сверкали, но не успел он открыть рот, чтобы засыпать меня вопросами, как алой хищной птицей рядом взметнулся знакомый балахон.

— У вас свободно? — все так же равнодушно спросила второкурсница с безупречной осанкой.

— Да, конечно… доброе утро, Мекса.

У нас места за столом хватало, но и в зале тоже. Вот же три соседние стола свободны!

Девушка чинно кивнула:

— Ардина. Анхельм.

Бедный Хельме так и подавился невысказанными вопросами, вытаращил глаза и отчаянно стал стрелять взглядом по сторонам, намекая пересесть. Ну не знаю, невежливо как-то. Унварт она или нет, а места всем хватит. Тем более, что разговор она больше не заводила, да и позавтракала очень быстро, снова коротко кивнув нам на прощание.

— Дин, она нас как добычу выслеживает… я знаю, я читал, как унварты охотятся… Сначала крутятся вокруг да около, а потом на аркан и свежуют, пока тепленькие…

— Хаха, Хельме, да успокойся ты. Ты ни на грорша, ни даже на хумрика не тянешь, далась ей твоя шкурка… Может, ты ей просто понравился? — поддразнила я приятеля.

— Ну конечно же я, а не ты! В тебе-то мяса и пару килограмм не наберешь, одни кости…

В таких шутейных перепалках мы и провели утро, а затем и обед, и ужин. Я не смогла рассказать ему обо всех своих злоключениях, но вчерашний конвой кое-как путано объяснила, мол, у его светлости возник вопрос по моему дару. Впредь дала себе зарок прислушиваться к другу — он ведь на самом деле знает гораздо больше моего.