Хельме согласился завтра съездить в Ровель и я с нетерпением ждала этой поездки — хотелось наконец развеяться, пройтись по магазинам, посмотреть незнакомый город. И уж совершенно точно я больше не собираюсь ни во что вляпываться! Честно-честно!

Милая подруга

Ранним утром на широком дворе у ворот Академии царила суматоха. Лошадиное ржание, гомон, крики, смех — всем хотелось в выходной день пораньше уехать в город. Шутка ли — такое празднество на носу! До первых экзаменов еще далеко, так что можно и покутить за стенами Академии, пока зима еще не вступила в свои права.

Хельме на завтрак явился бледным и простуженным, хотя от вчерашнего обещания отказываться не собирался. С огромным трудом удалось убедить его отлежаться в постели, а лучше сразу явиться к мистрис Нерайе. Даже не знаю, что сильнее подействовало: мои слова или грозно зависшая в воздухе поварешка от духов.

Тогда Хельме подробно объяснил, как добраться до города, куда там сходить и что посмотреть. По его инструкции я и оказалась на каретном дворе. Пользоваться порталом дозволялось лишь с третьего курса, так что основная масса студентов добиралась по простому, в наемных экипажах. Они-то и заполонили весь двор. Были тут повозки попроще, чьи возницы отчаянно горланили и торговались со студентами; были кареты побогаче — сразу видно, родовые. Вот толпа второкурсников набилась в одну из крытых повозок и ее кучер, залихватски свистнув, подстегнул лошадей.

Пока я присматривалась к следующему экипажу, оценивая предстоящую компанию, высокая дама в добротном платье и теплой накидке, наоборот, выбралась из пролетки и заозиралась вокруг. По виду горожанка, значит, сама навещает родственника-студиозуса.

Вот и Вилария в белоснежной меховой накидке с двумя подругами усаживается в изящную карету с гербом, отойду-ка я от нее подальше. Приезжая городская дама подходила к студентам, о чем-то расспрашивая, но в ответ ей лишь пожимали плечами. Внезапно она совершенно неприлично взвизгнула высоким фальцетом, а через пару мгновений земля ушла из под моих ног. Меня подхватили, закружили, зацеловали…

— Ардиночка!! Милая, нашла!..

Беата⁈..

— Я глазам не верю! Беата, это ты? Ох, да опусти же, надорвешься, глупая!..

— Я! Я это, родная!

— Как это возможно? Откуда ты здесь?

— Так вот приехала же! — счастливо и заливисто смеялась моя верная подруга, не выпуская из объятий.

Я не могла на нее налюбоваться — за каких-то полтора месяца, что мы не виделись, Беата из неуклюжей каланчи в бесформенном приютском платье превратилась в статную молодую даму. Темно-зеленое платье с вышивкой по подолу здорово подходило к ее зеленым глазам и рыжевато-каштановым волосам. Те были уложены в невысокую прическу, которую украшала задорная крохотная шляпка.