— Семён Андреевич, позовите, пожалуйста, санитарку, — попросил он. Сенька, думая, что разговор закончен, поплелся к двери и открыл ее.

— Вас, заведующий зовет, — пробормотал он.

— Ольга Филипповна, пожалуйста, сходите к хозяйке, возьмите у нее вещи Шумова, он постирать хочет, говорит, грязные, — совершенно буднично сказал заведующий.

— Я… — открыл было рот Сенька, но заявить, что ничего стирать он не собирался, не успел.

— Сейчас принесут Ваши вещи, не беспокойтесь, — весьма бесцеремонно прервал его Александр Николаевич. — Садитесь, продолжим беседу.

Ничего не понимающий Семён поплелся назад к стулу, на котором до этого сидел. Доктор молча смотал пленку на магнитофоне назад, переложил зачем-то бумаги с одного угла стола на другой, поискал что-то в ящике стола. Вроде тянул время, но непонятно, зачем.

Санитарка довольно быстро принесла наволочку с вещами и оставила ее у порога. Когда дверь за ней закрылась, заведующий попросил:

— Будьте добры, принесите сюда, — и, когда Сенька принес импровизированный мешок, взял его и спросил: — Вы позволите?

Семён кивнул и доктор выложил прямо на стол джинсы, футболку, худи, а затем, достав из дальнего угла наволочки, телефон, ключи от дома и пропуск на работу.

— Знаете, сначала я принял Ваш рассказ за шизофренический бред: Вы выстроили собственный мир, логически правильный, детализированный, и живете в нем. Впрочем, это я и собираюсь записать в историю болезни. Диагноз, соответственно, изменим. Но меня очень заинтересовали вот эти вот строки в описи вещей, — он замолчал, вспоминая, потом продолжил: — «Зеркальце черное и карточка с фото». У нас такое в опись не попадает, а тут, думаю, зачем-то записали. Ну, карточка с фотографией, понятно, вот она, — он взял в руки пропуск, повертел его, рассматривая и положил на место, — а вот что же это за черное зеркальце?

— Телефон, — буркнул Сенька. Слова про шизофренический бред показались ему очень обидными и вести беседу с доктором не хотелось.

— То есть как «телефон»? — недоумевал доктор, рассматривая со всех сторон корпус «черного зеркальца». — А провода где? Их куда-то вставляют? — посмотрел он на Семёна.

— Да не нужны там никакие провода, — раздраженно ответил Сенька. — Как радио. Кнопка вон, сбоку, давайте, включу. — он взял в руки телефон, выданный ему на работе, какая-то древняя модель «Самсунга» и нажал на кнопку включения, но ничего не произошло. — Разрядился. Аккумулятор сел. Зарядки у меня нет.

— Так и запишем, — сказал доктор, действительно что-то записывая, — черное зеркальце нашел в поезде и носит его с собой, чтобы бриться легче было. Вы знаете, Семён Андреевич, — сказал он, вставая из-за стола, — бывает, что наши больные вот так возьмут вещи постирать, а потом оденутся и бегут. Откроют дверь с помощью подручных материалов — и ищи-свищи. Да еще и у персонала умудряются деньги потянуть, — с этими словами он вытащил из кармана брюк старорежимный кошелек, вытащил оттуда бумажные деньги, аккуратно положил их на край стола, спрятал кошелек назад в карман и отвернулся к окну.