Груня вцепилась в нее как клещ и сказала, что теперь такой дурой не будет и одну не отпустит. Надя особо и не протестовала, понимая, что будь с ней Груня две недели назад, то ни хрена бы и не случилось, а ментов Алексеевна разогнала бы без особого труда.
Лена Покровская одолжила зеленую болоньевую куртку. Примерив ее, Надя поняла, что грудь у соседки и в самом деле не самое выдающееся место и куртку придется не застегивать до конца, потому что дальше середины живота молния не желала идти никак.
Так они и отправились на очередную попытку переноса: Надя в расстегнутой куртке и висящая у нее на локте Груня в длинном, почти до земли, синем драповом пальто, вытертом почти до бахромы на манжетах.
В Борисоглебский переулок они прибыли в без пяти минут четыре и Надя протащила Алексеевну до того места, где, как ей помнилось, в будущем стоял памятник. Они молча постояли, никуда не отходя, только Надя крутила головой на триста шестьдесят градусов, высматривая Семёна.
— Глянь, Надюш, не тебе это? — Алексеевна показывала на пухлый черный полиэтиленовый пакет, лежащий на асфальте у ее ног. — Только что не было ничего.
Надя наклонилась и подняла тяжелый, килограмма два с лишним, сверток. Сунув его под мышку, она сказала:
— Пойдем, Груня, в сторонке постоим, подождем, что мы тут торчим на виду?
Они отошли метров на пятьдесят и сели на зеленую деревянную скамейку. Алексеевна ничего не говорила, но время от времени косилась на пакет.
— Дома посмотрим, — почему-то шепотом сказала ей на ухо Надя. — Не сейчас.
Груня поерзала, усаживаясь поудобнее, теснее прижалась к Наде и тут позади них мужской голос сказал:
— Добрый вечер. Извините, это не вы потеряли?
* * *
* Данные о погоде настоящие. Если 1 мая 1980 года в Москве было 22 градуса тепла и солнечно, то 2 мая пошел дождь, похолодало до 14 градусов, а 3 мая столбик термометра и вовсе выше 5,8 градуса не поднимался.
Глава 11
3 мая 1980 года
Надежда и Семен
Надя повернулась и замерла. Опять милиционер. Еще один… Что им, на этом месте медом намазано? Высокий, симпатичный, улыбка от уха до уха, из-под фуражки волнистый, как у казака, чуб. Такие девчонкам нравятся. Да и ей он тоже понравился, при других обстоятельствах обязательно поддержала бы беседу… Только не сейчас.
— Извините, товарищ милиционер, я ничего не теряла, — как можно тверже и спокойнее произнесла Надя. Вроде получилось. В фитнесе с клиентами натренировалась, для некоторых лучше включить такую решительную и неприступную стерву.
— Что к девке пристал? Сказано, ничего не теряли. Иди давай, бандитов лови, — подключилась Груня. — Лучше бы за жульем всяким следил! — Алексеевна как-то неожиданно быстро обошла лавочку и начала оттеснять растерявшегося милиционера, старшего сержанта, что ли, по званию, вынуждая его отступать спиной вперед и не давая остановиться.