Семён и Надежда

Надя заблудилась на ровном месте. Долго стояла у памятника какой-то женщине, не понимая куда идти дальше, пока не заметила парня, который был перед ней на собеседовании. Она подбежала к нему как к спасителю:

— Ой, здравствуйте, извините, — затараторила она, — Вы, может, не помните, мы на собеседовании вместе были, в «Прыжке»… Ну, не вместе, Вы передо мной как раз выходили… И я не знаю куда идти… — неожиданно для себя Надя почувствовала, как щеки зиливает румянец. — Ой, какая же я рассеянная! Я — Надя, — протянула она руку.

— Семён, — пожал ей руку парень и улыбнулся. — Пойдемте, конечно, покажу. Здесь рядом, я звонил, спрашивал.

Надя сразу же мысленно отвесила себе плюху за тупость: в служебном телефоне номер работы уже был забит, а она, как дурочка последняя, стояла под памятником и не догадалась позвонить. Перехватив поудобнее пакет с ноутбуком (не удержалась, купила), она пошла за Семёном.

Работа и вправду оказалась совсем рядом («От метро только далеко идти», — прикинула она, — «минут пятнадцать, не меньше»), во дворе, в здании, внешне похожем на гараж, с двумя парами ворот, на которых кто-то весьма криво кистью вывел номера от единицы до четверки. Семён уверенно пошел к тройке и позвонил в неприметный звоночек. Голос из маленького динамика под звонком заставил их повернуть голову направо, посмотреть в зрачок камеры и показать удостоверения. После короткой заминки (еще одна мысленная плюха себе за тупость, которая заставила Надю спрятать пропуск в дальний карман и забыть, в какой) калитка зажужжала, открылась, и Надя с Семёном вошли в небольшой предбанник, где их встретил улыбчивый парень, сидящий за стойкой. Он заставил их снять куртки, оставить пакеты и сумки, еще раз посмотрел на пропуска и впустил в следующее помещение, где их встретила совсем не улыбчивая девушка, доставившая их в девятнадцатый кабинет.

А в кабинете этом оказался парень, который явно знал Семёна, потому что встретил его как родного: обнимал, долго жал руку, хлопал по плечу, приговаривая: «Вот, Сенька, наконец-то». Короче, вёл себя как последний дебил. На Надю он обратил внимание часа через три, наверное, стушевался немного и показал на кресло, дескать, присаживайтесь.

Правда, после этого парень («Просто Григорий» — точно, дебил) посерьезнел, взял с них еще одну подписку о неразглашении, пообещав всякие кары при несоблюдении и наконец-то рассказал, чем они будут заниматься.

Всё это было слишком похоже на фантастику, как в голливудском фильме. Будто бы ученые изобрели прибор с помощью которого можно переноситься в прошлое. Вот только не все это могут, потому что… (объяснения Надя пропустила, потому что понятными в нем были только некоторые слова, большей частью союзы и предлоги). И их с Семёном ДНК как раз подошла какой-то волной какого-то участка для путешествий в одна тысяча девятьсот восьмидесятый год.