— А если бы предложили? Маш, вот честно, я почти уверена, что ты тоже не отказалась бы. Ты ведь с детства хотела стать врачом, так? И не просто каким-то участковым терапевтом, думаю, у тебя амбиции покруче. Судя по тому, как ты впахиваешь. И Севка такой же. Просто ты перфекционистка, а он пофигист и тянет только то, что ему реально нужно и интересно. Я понимаю, что для отношений два года, да еще в вашем возрасте, — очень серьезное испытание. Но для его будущей карьеры это действительно большой плюс. Или ты хочешь, чтобы он по объявлениям компы чинил? Вот скажи, Маша, только честно, ты сейчас пенишься потому, что он уедет, а ты останешься, или потому, что он не сказал сразу и принял решение сам?

А она умела формулировать вопросы! Это было как раз то, о чем я спрашивала себя. И не могла ответить.

— Не знаю, Рит, — я старательно размазывала по стенкам чашки кофейную гущу и разглядывала разводы, как будто искала в них ответ. — Если бы он сказал сразу… наверно, мы поссорились бы еще тогда. Я бы все равно завелась. Нашла бы к чему прицепиться. Потому что правда боюсь. Знаешь, я смеялась над Криськой, а сама, наверно, такая же. Боюсь, что разлюбит, боюсь, что забудет. С глаз долой — из сердца вон, так? Там другая жизнь, другие люди. Все другое.

Марго встала, обошла стол, положила руки мне на плечи.

— Маша, я не буду говорить всякие оптимистические благоглупости о том, что любовь преодолевает все. Любовь — да. Преодолевает. Если она любовь. А что у вас — никто не знает. Почему из первой влюбленности редко получается что-то путное? Потому что в этом возрасте никто толком не представляет, чего хочет. Люди взрослеют, меняются. Взгляды меняются, вкусы, интересы — все. Хорошо, если эти изменения синхронно идут, в одну сторону, в одном направлении. Тогда и чувства тоже меняются — становятся только крепче.

— Не знаю, — вздохнула я обреченно. — Мне казалось, что у нас… не так, как у других. Как-то иначе. По-особенному.

— Машенька, никто никогда не думает, что у него чувства, как у других. У всех любовь особенная, уникальная, единственная и неповторимая, достойная пера Шекспира. В чем-то это правда, потому что одинаковых людей нет, а если по большому счету, то все повторяется миллионы раз. Одни и те же сюжеты с незначительными нюансами.

— Ты говоришь прямо как взрослая тетя.

— Все относительно, Маша. Для моей мамы я еще глупый ребенок. А по сравнению с тобой… да, я взрослая тетя. Ну почти взрослая. У меня на шесть лет больше опыта. Это, знаешь, как самолет высоту набирает, а потом выходит на эшелон и идет в нем. Ты еще только начинаешь набирать, а я уже сравнительно высоко. Но эта разница скоро… — тут она усмехнулась, — как Кеша сказал, нивелируется. Я сейчас скажу одну вещь, которая тебе не понравится. Может, ты даже обидишься. Но, знаешь, хорошо, что Севка уедет.