Я не стал выдумывать ничего особенного и пошел в прямую атаку, уповая на силу и быстроту своих рун. Рубились мы в полную силу и на своем привычном оружии, только в последний момент надо было придержать руку, чтоб не убить ненароком. Порезы и небольшие раны — это ничего. Пусть.

Щит Дометия словно стал неодолимой стеной. Куда бы я не ударял, как бы скоро не перескакивал, всюду видел надоедливый красный кулак, намалеванный на белом поле щита. Так что я попросту проломил его шипом топора и уже хотел разбить в щепу, как Дометий признал поражение.

Следующим вышел Эгиль Кот. Он дрался совсем иначе: вертелся, юлил, кидался в ноги. Впрочем, мы с ним не раз сходились в шуточных боях, я уже знал его любимые удары и хитрости, потому быстро одолелКота.

Чернокожий львенок. Длиннорукий, длинноногий, гибкий и сильный, хорошо обученный, он быстро подстроился под меня и вскоре перешел на встречные удары. Уворот и тут же укол мечом. Отбил и тут же напал. Если бы я был с ним на одной руне, так точно бы проиграл, а так отсушил ему руку щитом и оглушил обухом топора.

Потом один за другим вышли двенадцатирунные псы. И я понял, что Арена неплохо обучает своих бойцов, при том не как в рунных домах Бриттланда, где мальчикам подсовывают лишь израненных или ослабленных тварей, и те дерутся с ними под присмотром наставников, чтоб не дай Фомрир не поранились. На Арене же нет места слабым. Убей или умри! Вот и псы, выйдя на площадку, стряхнули с себя привычную расслабленность и оскалили зубы.

Единственное, что меня спасало, так это их малый опыт сражения с людьми. Арена редко позволяла бойцам биться до смерти друг с другом, ведь это потери, лучше уж пусть схлестываются люди и твари.

Первого я одолел, когда подцепил его меч бородкой топора и врезал левой рукой в челюсть. Второй пес на такую хитрость уже не вёлся, не отбивал удары, а уклонялся от них. С ним я провозился подольше, но все же сумел сбить с ног. Я на той же руне был немного сильнее и немного быстрее, чем они.

Хоть об том и не говорили вслух, но каждый старший должен был выйти в круг. Каждый из них должен был показать себя, чтобы их люди увидели силу хёвдинга в сравнении с теми, кого они знали. Только Агния я вытаскивать не стал, потому как слишком мал рунами.

Дометий уже был. Потом пошел Дагейд, а следом Хундр. Впрочем, бои с ними были неинтересны: они не рвались победить, да и руны у них были поменьше.

Остался только Простодушный.

Он уловил мой взгляд и спокойно направился ко мне, прихватив щит и привычный длинный меч. Но в круг первым заскочил Живодер и дернул изувеченной щекой, так он нынче улыбался.