— В бороду ушел, — рассмеялся незнакомый воин.

Мне и самому стало любопытно. Стаю-то я не убирал, так что у моих ульверов все дары двух хирдов и немножко сторхельтовой мощи.

Видарссон легко вскинул бревно наверх, крякнул и как зашвырнет его…

— Шестьдесят три шага! — воскликнул конунгов дружинник. — Пока лучший бросок!

Всего на двадцать шагов больше. Как по мне, маловато. Простодушный, что пошел вместе со мной, увидел мою кислую морду, рассмеялся и сказал:

— Мы сказали, чтоб хирдманы особо не выпячивали силу. Сначала пусть глянут, как другие делают, а потом сделают чуть лучше. И у нас уже семь наград!

На суше шли состязания, а фьорд медленно обрастал ледяной коркой, пока не затянулся полностью. И каждое утро конунгов дружинник выходил проверять его крепость. Не для похода на тварей, ведь открытое море замерзает медленнее, чем вода во фьорде, а для проведения турнира по кнаттлейку.

Уже пять зим я проходил с хирдом, но видел подобный турнир лишь единожды. На вторую зиму с ульверами мы с Тулле играли здесь в кнаттлейк, еще будучи карлами. Правда, Тулле быстро выбыл, поэтому дальше я продолжил играть с Магнусом, и мы победили.

Я участвовать не буду, зато выступят мои ульверы. Конунг заранее предупредил, что нынче будем играть иначе. Каждый хирд выставит всего две команды: из хускарлов и из хельтов. Заменять людей в команде нельзя. В команде будет не два, а три человека, и игра будет проходить меж тремя командами, а не четырьмя, как в тот раз. Проигравшие выбывают, победители потом сражаются меж собой, пока не останется лишь один.

Раз уж снежные волки могут выставить лишь одну команду, то в нее должны войти самые лучшие воины, чтоб разгромили всех хельтов Северных островов в пух и прах! Я поручил Дометию подобрать людей для кнаттлейка, ведь этот фагр знал о дарах и способностях ульверов больше всех. Беда лишь в том, что Дометий ничего не знал не только о кнаттлейке, но и о зиме, о снеге и о том, как нужно бегать по льду.

Едва пришли первые морозы и высыпал снег, наши фагры попросту обомлели. Оказывается, они думали, что зима уже давно наступила. Мол, небо хмурое, вода холодная, ветер ледяной. Куда уж дальше-то? А то была всего лишь нордская осень.

Да, их руны защищали от холода, да и дар Флиппова хирдмана помогал, но фагры всё равно мёрзли и не верили, что белый пух, падающий с неба, — это та же вода, ведь снег так легко можно растопить. Море, покрытое льдом, им тоже было непонятно. Клянусь Скириром, если б фагры заранее знали, какова зима на Северных островах, они бы не пошли за мной! Им пришлось привыкать и к тяжелым меховым накидкам, и к вязаным шапкам, и к толстой обувке, в которой уже не так просто бегать, и к рукавицам.