— Значит, ты говоришь, что та Бездна, что поселилась на острове Гейра, — всего лишь брехливая шавка? — разозлился ярл.

Однорукий легко пожал плечами:

— Боги уже уберегли нас. Бездна пробудилась не в Хандельсби, а на краю Северных островов. У нас было две зимы, чтобы подготовиться. Все воины изрядно выросли в рунах за это время.

— Но этого мало! Иначе бы треть моей дружины не полегла всего за месяц! И мой сын тоже!

Тут поднялся Рагнвальд, выждал, пока все замолкнут:

— Вы, верно, забыли, что Бездна прорвалась не только у нас! Живичи стонут под напором коняков, что бегут от своей Бездны! В Бриттланде зреет беда! Сарапы и те сражаются с тварями на юге. Где спрятаться? Как укрыться от напасти, если она всюду?

Видать, и впрямь забыли. Или не хотели вспоминать после яростных сражений с тварями.

— Боги не оставили нас. Они дали нам не только время, но и еще кое-что! На Северных островах появился воин, одаренный не Фомриром, а Скириром.

Я так и знал. Знал, что добром это не кончится.

— Как нам поможет один воин? — спросил хельт со шрамом. — Если это, конечно, не воин с двадцатью рунами!

— Нет, у него нет двадцати рун. Но его дар способен на многое. Первое — его хирдманы умеют слышать друг друга так, как будто сражались плечом к плечу с десяток зим. Второе — он может через дар велеть им отступить или нападать.

— Значит, они вроде его рабов? Как у сарапов?

Однорукий вспылил:

— Скирир не делает из воинов рабов!

— Третье, — спокойно продолжил Рагнвальд, — дары в его хирде делятся на всех.

— Как это? У одного был дар в силу, и теперь все сильны? Как сильны? Как тот первый, или это как миску каши разделить меж десятью едоками — каждому по ложке?

Пока Рагнвальд отвечал на вопросы, я задумался, откуда же конунг так хорошо знает мой дар? Я никогда не говорил ему, в чем суть стаи. Простодушный толкнул меня в бок локтем и качнул головой в сторону Гейра.

Вот в чем я ошибся! Я забыл, что Гейр изначально не вольный хирдман, а ярл! Ярл, который служил верой и правдой конунгу. Его верность уже была отдана! Когда Гейр рассказал всё Рагнвальду? После того, как уговорил принять его в хирд, или после, когда я лежал с переломанными ногами?

Выкинуть его из стаи, и дело с концом! Но мои хирдманы сейчас сражаются с тварями! Одни, без меня и без Гейра. Если я уберу его силу, им придется еще хуже! Я заскрипел зубами от злости и бессилия. Безднов Гейр!

— И много ли выгоды от Скирирова дара?

Конунг посмотрел на Флиппи и спросил:

— Дельфин, сколько людей за этот месяц потерял ты?

— Восьмерых, — ответил тот.

— Лютый, а ты?