Заодно я проверил новые стороны своего дара. Если выкинуть вожака, то его стая сразу попадала под меня, не вылетала вместе с ним. Вожак не мог принять в стаю и не мог никого убрать оттуда. Он всего лишь брал на себя часть моей ноши, но не больше того. Напрямую подо мной, помимо вожаков, остались лишь Фродр и Херлиф.

Когда мы дошли до моего хирда, Дометий вышел нам навстречу. Мне не пришлось ничего пояснять, он сам всё понял: от появления большого числа воинов в хирде до новых умений. И ульверы уже приготовились выступать.

Было в этом что-то несправедливое. Из других хирдов и дружин брали не всех, даже не всякий хельт входил в херлид, и лишь ульверы с дельфинами отправятся к острову Гейра все до единого.

Потом мы забрали людей Флиппи, я взял в стаю тех его воинов, что прежде были хускарлами. Далеко не каждый из них выжил и сумел стать хельтом, но теперь и в хирде Дельфина не осталось никого ниже десятой руны.

Напоследок мы прихватили вингсвейтаров Стюрбьёрна, что стояли вместе с самыми сильными конунговыми дружинниками. Теперь херлид был собран полностью. Скорее всего, число воинов перевалило за пять сотен.

Мы пошли прямиком к землям Гейра.

И почти сразу повалили твари, будто прорвали крепкую ограду. Хотя вингсвейтары и были той самой оградой, не зря же их руны поднялись так сильно!

Каждый день мы останавливались по нескольку раз, чтобы сразиться с новой тварью. И каждая была страшнее предыдущей. Рагнвальд велел отдавать руны тем, кто стоял на пороге сторхельта, причем даже не для того, чтоб сделать сильнее херлид, а чтобы потом нам не пришлось биться с измененными, которые не смогли вовремя съесть твариное сердце.

Как благодарность моему дару хотя бы одну тварь за день отдавали ульверам. Пусть сейчас мы уже не могли называться сильнейшим хирдом Северных островов, но и не сильно отставали.

Гейр вел херлид не к ближайшему берегу, а немного вокруг, чтобы выйти не к фьорду с водопадом и отвесными скалами, а к бухте с пологим берегом. Но мы не увидели еще и края его острова, как херлид уже изрядно замедлился.

Сражения шли почти непрерывно. Твари будто утратили страх перед нашими рунами и числом. Рагнвальд и Стиг едва успевали менять стаи, отводя одни внутрь херлида для передышки и выводя на край другие. Ульверов держали в середине, и я узнавал обо всем больше из отголосков боев через дар, чем видел своими глазами. Как и обещал конунг, меня оберегал весь херлид.

Последний кусок пути до острова, со слов Гейра — едва ли полдня пешего пути, мы шли целых три дня и три ночи, оставив на льду с полсотни воинов. Но это было лишь началом.