Вскоре вернулась Мирава Чеславна и преподнесла мне поистине княжий дар: кольчугу с нашитыми пластинами на груди. И если сама кольчуга была сплетена из обычного железа, то пластины знакомо поблескивали, намекая на твариный прах. Самое то для боя с лучниками. Я в ответ подарил широкий серебряный браслет тонкой работы, который выглядел так, будто его не ковали, а плели или вязали иглой. Да, мой дар попроще, ну так я и не князь.

Мы наскоро собрались и пошли в Смоленец вслед за княжьей ладьей.

Конечно, весь хирд в сам город не пустили, я бы тоже поостерегся пускать нас за стену, но я вместе с двумя десятками воинов вошел туда на драккаре. По словам Путяты, дальше реки мельчают, и лучше идти на ладьях, так что я оставил все богатства и часть припасов на «Соколе». Княгиня дала слово беречь драккар пуще глаза, разрешила поставить его в особом месте, где прежде стояли лишь княжьи ладьи. На страже я оставил Вепря и Рысь. Они оба хельты, им незачем прямо сейчас тянуться за рунами. К тому же Леофсун до сих пор прикидывается хускарлом и в случае чего сумеет удивить. Лавр и Милий тоже не пойдут с хирдом, они не воины, толмач и в Смоленце пригодится.

Конечно, я боялся потерять и выторгованное золото, и драккар. А ну как придет князь со своей дружиной и не воротит моё? Но я не хотел быть мужчиной, что боится собачьего лая. Если не воротит сам, значит, я вырву своё вместе с загребущей ручонкой.

А еще княгиня отправила с нами племянника, сына своего брата, если что — послужит залогом. Лучше бы, конечно, взять княжьего сына, но старшего забрал сам князь, а младшие пока не доросли до первой руны.

Из Смоленца мы вышли на трех ладьях, потом племянник с десятком дружинников пересел на лошадей, а мы пошли своим ходом. Не набралось у них столько добрых боевых коней, почти всех увёл князь, а я не захотел ехать верхом, пока остальные хирдманы идут пешком. Но даже навьюченные броней и утяжеленные оружием, мы шли ходко, едва ли медленнее всадников, которым приходилось беречь коней, а под вечер мы и вовсе обгоняли их.

Сам Вениборг меня не порадовал. На холме возле реки стояла крепость с хорошей деревянной стеной, похожей на Раудборгскую, только пониже и пожиже. А на соседнем холме расползались во все стороны дома с огородами и сараями, и там изгородь была такая, чтоб соседская корова случайно в гости не заглянула.

Одно хорошо — коли коняки прорвутся сквозь здешние леса и захотят пойти на Смоленец, им и впрямь надо будет пройти через Вениборг. Дорога тут натоптанная и наезженная одна, а леса кустистые, овражистые и дремучие, никакая лошадь не пройдет. Другое дело — если б коняки по воде умели ходить, но без своих кобыл они, видать, никуда.