— Ты видишь её каждый божий день. Теперь моя очередь побыть с ней.
Алекс усмехается. — Может, я подумаю о том, чтобы нанять тебя новой няней.
— Нет, — говорит Вин, когда крошечные пальчики Клары обхватывают его указательный палец. — Я слышал, часы работы отстойные, а начальник — большой s-t-r-o-n-z-o.
Алекс вздыхает, потирая висок. — Ты, наверное, прав.
— Эй, это неправда, — восклицает Мадлен. — Это о твоей дочери мы говорим. О твоей собственной плоти и крови. — Она просовывает руки вокруг Клары и забирает её у Вина, который надувает губы. Илай обхватывает рукой плечи Мадлен, глядя на них. — Ты просто хочешь для неё самого лучшего, и никто не может винить тебя за это.
— Но что, если я никогда не найду того, кому смогу доверить её? — Он смотрит на Клару. — Я никогда не думал, что настанет время в моей жизни, когда я буду любить кого-то так сильно, что приму за него пулю, и это пугает меня. — Он вздыхает. — Я просто хочу кого-то, кто чувствует то же самое.
Мадлен хмурится с сочувствием в глазах. — Найдёшь.
— Ужин подан, — объявляет шеф-повар, входя в комнату.
Сесилия ведёт нас в столовую, где официанты заканчивают раскладывать блюда, прежде чем исчезнуть обратно на кухню.
Когда мы с Мауро идём следом, я не могу удержаться от смеха, глядя, как большие серые глаза Клары расширяются при каждом слове, которое Мадлен ей говорит.
— Она такая милая, — замечаю я.
Мауро останавливается и сжимает моё запястье.
— Что случилось?
Он с трудом сглатывает, глядя на Клару, а затем снова на меня.
«Ты хочешь одну такую?»
Я усмехаюсь.
— В смысле «одну такую» — ребёнка?
Он кивает.
Я пожимаю плечом.
— Может быть, когда-нибудь. Но сейчас я счастлива тем, как у нас всё идёт, только ты и я.
Уголки его губ приподнимаются.
«Я тоже. Но я бы не возражал увидеть малыша, похожего на тебя, бегающего по нашему дому».
— А что, если он будет похож на тебя?
Он кивает, глубоко задумавшись.
«Я никогда не думал об этом.» — Он пожимает плечом. «Я всегда думал, что если у меня будет ребёнок, то это будет девочка.»
— Ты… думал об этом? О детях?
«Не думал. По крайней мере, до тебя.»
Тепло расцветает в моей груди. Я встаю на цыпочки и провожу губами по его.
— Я люблю тебя, Мауро. И когда-нибудь я не смогу дождаться, чтобы родить наших детей.
— Я… люблю… — Он с трудом сглатывает, поднося пальцы к горлу. — Тебя, — выдавливает он.
Наши губы соединяются в медленном, мягком поцелуе.
Отстранившись, я беру его руку в свою.
— Пойдём, муж. Нас ждёт важный ужин. — Я веду нас к двум пустым стульям. Мауро отодвигает один для меня и затем садится рядом.