Медленно я смотрю вниз и вижу рукоятку ножа, всё ещё зажатую Казимиром, торчащую из моего тела.
Улыбка Казимира падает, когда кровь хлещет из его груди, где находится свежая рана от пули. Он падает на колени передо мной и вытаскивает нож из моей плоти прямо перед тем, как рухнуть на землю, прижимая его к груди.
Моё тело немеет. Все силы иссякают, когда я качаюсь, падая на колени, моя массивная фигура становится единым целым с холодной, твёрдой землёй.
— Нет! — испуганный крик Алины — последнее, что я слышу, когда тьма поглощает меня.
Глава 3
3
Алина
Кровь. Так много крови.
Мои глаза остаются прикованными к красной жидкости, льющейся из Мауро, его тело с каждой секундой становится бледнее.
Помогите ему! Кто-нибудь, помогите ему!
— Алина, ты в порядке? — Лео приседает передо мной, быстро перерезая верёвки ножом. — Алина?
— Она в шоке, — слышен голос Алекса рядом. — Отнеси её в вертолёт. Я помогу Вину с Мауро.
Лео подхватывает меня на руки, пронося через этот кошмар, в котором я оказалась в ловушке.
«Не уноси меня от него!» — хочется мне закричать. Но я не могу разомкнуть губы. Я не думаю, что смогла бы даже моргнуть, если бы попыталась.
Он осторожно усаживает меня на сиденье, застёгивает ремень вокруг талии, его глаза с осторожностью смотрят на меня, прежде чем он оставляет меня.
Выстрелы эхом разносятся в воздухе, создавая иллюзию, что мы в зоне военных действий.
Двое мужчин сидят впереди, приказывая остальным поторопиться.
Лео возвращается со связанным Казимиром, которого помещает дальше всех от меня.
Охранник вносит моего отца и кладёт его рядом со мной. Проблеск облегчения проходит через меня, когда я вижу, как его грудь поднимается и опускается, но это чувство длится лишь мгновение.
Потому что когда Алекс и Вин входят, неся без сознания Мауро, моё сердце едва трепещет.
Он бледнее, чем был всего минуты назад, кровь пропитывает его рубашку.
— Вперёд! — ревёт Вин двум мужчинам впереди.
Когда вертолёт поднимается в небо, я смотрю, как Алекс отрывает кусок ткани от своей собственной рубашки и прижимает его к боку Мауро.
— Насколько плохо? — спрашивает Вин.
Алекс качает головой. — Я не врач. Я не знаю…
— Насколько плохо? — с яростью повторяет Вин.
Алекс вытирает предплечьем лоб. — Достаточно хреново.
Вин смотрит на одного из мужчин, управляющих вертолётом, и кричит: — Доставь нас домой, сейчас же!
Домой? Я медленно качаю головой. Ему нужна больница!
Алекс, должно быть, видит страдание на моём лице, потому что говорит: — Доктор Роуз — лучший хирург в мире. Если кто и может это исправить, то только она.