— О, Мауро. — Она кладёт свою тёплую ладонь на мою щёку, проводя рукой по моей щетине. Мои глаза закрываются, когда я прижимаюсь к её прикосновению, к комфорту, которого не заслуживаю. Я не заслуживаю её. — Твой отец знал, что ты любишь его. Одна маленькая ссора не перечеркнула бы те годы, что вы были вместе. Я видела, как он смотрел на тебя. На всех своих детей. Вы пятеро были для него всем. — Я открываю глаза и вижу, как её лицо озаряет маленькая улыбка. — Кроме твоей матери, конечно.
Я усмехаюсь. Любовь моих родителей была чем-то, о чём читаешь в книгах. Она была непобедимой. Всепоглощающей. Тем, к чему каждый бы стремился.
— И, Мауро, — говорит она, и в её глазах собираются слёзы. — Он так сильно любил тебя. Ничто из того, что ты сказал, не могло бы этого отнять.
Словно оковы внутри меня разбиваются.
Цепь, которая годами держала меня прикованным, отпускает свою хватку.
И впервые за долгое время я чувствую себя… свободным.
Я тянусь, проводя большим пальцем под её глазом, ловя первую упавшую слезу.
Не думая… Не анализируя… Я наклоняюсь и прижимаюсь губами к её губам. Это медленно и нежно. Словно что-то достаточно устойчивое, чтобы утихомирить боль в моей груди.
Хотя бы на этот момент.
Отстранившись, я прочищаю горло и говорю: — Спаси…бо.
Она смотрит на свою руку, крутя обручальное кольцо.
— Я могу справиться с твоими демонами, Мауро, — шепчет она. — И я помогу тебе снова увидеть свет, даже если это будет последнее, что я сделаю. Ты больше не один.
Её руки скользят вокруг моих плеч, она устраивается у меня на коленях, её голова зарывается в изгиб моей шеи.
Я держу её так же крепко, не желая оставлять даже крошечной щели между нами.
Мы остаёмся в таком положении минуты или, может быть, часы, окутанные тёплыми объятиями, о которых я не знал, что нуждаюсь в них.
И впервые за долгое время тяжесть на моей груди исчезает.
Потому что она здесь.
Недостающая часть моей жизни, о которой я не знал, что она нужна.
И когда её дыхание выравнивается, её тело становится мягким и расслабленным напротив моего, я осознаю нечто опасное.
Впервые я чувствую, что сталкиваюсь с тьмой не один.
Глава 1
5
Алина
— Дамы и господа, ожидается небольшая турбулентность, поэтому мы просим вас оставаться на своих местах. Спасибо. — Голос пилота трещит по громкой связи, и салон успокаивается, когда самолёт слегка наклоняется.
— Это потрясающе, — выдыхаю я в изумлении, глядя в окно рядом со мной на множество пушистых облаков, прижав нос к стеклу. Я никогда не была на частном самолёте, и мысль о возвращении к переполненным коммерческим рейсам заставляет меня поморщиться. — Мауро, ты когда-нибудь видел облака, которые выглядят так? — Улыбка расплывается по моему лицу, когда я заглядываю через плечо на Мауро рядом со мной. Но она сразу же исчезает, когда я замечаю, что его глаза плотно зажмурены, а пальцы впиваются в подлокотники. — Эй, что случилось? — Я наклоняюсь к нему, кладя свою руку поверх его. Самолёт подпрыгивает при первых признаках турбулентности, и его лицо напрягается ещё сильнее, губы сжаты в тонкую линию. И тут до меня доходит. Он боится. — Ты… не любишь летать? — тихо спрашиваю я, чтобы никто вокруг не слышал.