— Он только что сказал…? — Слова Лео застревают в горле, когда он оглядывается через плечо.

Алина — распространённое имя, верно? Это может быть кто угодно. Это не значит, что это…

— Чёрт. — Лео сжимает моё плечо, его глаза расширяются, прежде чем он смотрит на меня. — Это она.

Грохот моего сердца — единственное, что я слышу, когда поворачиваюсь, совершенно не готовый к тому, что вижу.

Алина.

Женщина, которая годами жила в поместье Алари, пока её отец был правой рукой моего отца. Подруга моей сестры. И причина, по которой я стою здесь сегодня.

— Стой!

Мои глаза встречаются с её…

Мои колени касаются земли…

Её руки обхватывают меня…

Моё сердце грохочет в груди…

Высокий свист вырывает меня из мыслей, когда я смотрю, как она идёт к краю сцены, слегка спотыкаясь в паре блестящих туфель на каблуках, которые кажутся слишком высокими, чтобы любой здравомыслящий человек мог в них ходить. Мой взгляд скользит вверх по её длинным загорелым ногам к золотым трусикам бикини, едва прикрывающим её задницу, к её пышной груди, практически вываливающейся из золотого топа в тон.

Должно быть, я сплю. Вот и всё. Это просто какой-то дерьмовый кошмар, от которого я не могу проснуться.

Я энергично трясу головой и закрываю глаза, но после того, как открываю их и вижу, что она всё ещё на том же месте, огромный ужас накрывает меня.

Она нервно сглатывает, добравшись до шеста, её рука дрожит, когда она обхватывает его стройными пальцами. Алина пытается улыбнуться, но когда смотрит вокруг на всех, её улыбка исчезает, и глаза блестят от непролитых слёз, когда она щурится. А её очки, которые должны быть на переносице, вместо этого используются, чтобы убрать её тёмно-каштановые волосы до талии.

Какого хрена на ней нет очков?

— Чёрт возьми! Тряхни своей сладкой задницей для нас. — Мужчина стоит у самого края сцены, его руки на бортике, когда он наклоняется ближе, чтобы крикнуть: — Покажи мне свою киску, красотка. Я заплачу большие деньги за частную поездку. — Он протягивает пачку купюр и бросает их к её ногам, словно она какая-то шлюха.

Красный.

Всё, что я, блять, вижу, это красный.

— Что хочешь делать?

Слова Лео тонут, когда я иду через зал, расталкивая мужчин. Зажигательная песня гремит из динамиков — песня, под которую она, вероятно, должна раздеваться. Обнажить каждый дюйм своего безупречного тела для этих ублюдков.

Моё сердце бешено колотится, когда мой взгляд остаётся прикованным к ней.

— Сними это! — мужчины начинают скандировать в требовательном хоре. Свист и крики эхом разносятся вокруг меня, когда я вижу, как Алина убирает руку с шеста, позволяя ей упасть вниз. Она нервно оглядывается, затем внезапно закрывает глаза и поднимает руки к узлу за спиной.