— Спи.
— Максим.
— Мм?
— Что, если он не остановится? Что, если Катя продолжит ему помогать? Что, если они сделают что-то с Аленкой?
— Мы будем защищать ее. Вместе.
— Ты не устал от меня? От всех этих проблем?
Он наклоняется и целует меня в лоб.
— Анна, я люблю тебя. Не за легкость. За то, какая ты есть. Даже когда все рушится.
Я закрываю глаза.
Впервые за долгое время я чувствую — не одна.
Максим.
Она засыпает на диване. Я сижу рядом, смотрю на нее.
Спокойная. Тихая. Без брони.
Она не знает, что я сделал звонок, пока она была в комнате Аленки.
Отцу.
— Пап, — сказал я. — Я хочу, чтобы ты приехал. Познакомился с Анной.
— Зачем? — он удивился.
— Потому что вы похожи. Вы оба разбились о любовь. Может, поговорив, вы сможете собрать себя заново.
Отец молчал долго. Потом сказал:
— Приеду.
Я убираю телефон, смотрю на Анну.
Я не знаю, что будет завтра. Знаю только одно — я не отпущу ее. Ни за что.
Анна.
Утром я просыпаюсь от того, что кто-то гладит меня по голове. Открываю глаза — Максим.
— Доброе утро, — говорит.
— Доброе.
— Ты знаешь, что сегодня приезжает мой отец?
Я сажусь на диване.
— Что?
— Я пригласил его. Познакомиться с тобой.
— Максим…
— Вы похожи. Оба потеряли любовь. Оба боялись начать заново. Может, разговор поможет вам обоим.
Я смотрю на него долго. Потом киваю.
— Хорошо.
В дверь звонят.
Я иду открывать.
На пороге стоит старый седой мужчина со шрамом над бровью. Алексей. Тот самый, кого любила моя бабушка.
— Здравствуй, Анна, — говорит он тихо. — Я много лет ждал этого дня.
Я смотрю на него. На лицо, которое моя бабушка рисовала в дневнике сорок лет.
— Здравствуйте, — говорю я. — Проходите, чайник уже вскипел.
Мы садимся на кухне. Максим рядом.
Отец напротив.
И мы начинаем разговор, который должен был случиться тридцать лет назад.
Глава 11. Новая угроза
Анна.
Проходит неделя после разговора с отцом Максима. Тишина. Ни сообщений, ни звонков от Кирилла. Ни угроз. Ничего.
Я не верю в затишье. Такое бывает перед бурей.
Максим говорит, что Вадим проверяет Кирилла по своим каналам. Пока ничего — он не нарушает закон, не приближается к нам, не пишет. Полиция не может его тронуть.
Но я чувствую. Он не успокоился.
Аленка ходит в садик, я на работу. Мы переехали к Максиму временно — пока в моей квартире меняют замки и ставят сигнализацию. Студия маленькая, но уютно. Я сплю на его диване, он на полу. Ничего не происходит. Мы просто… рядом.
Катя пропала. Я заблокировала ее номер, но она не пыталась связаться. Соцсети пусты. Общие знакомые говорят, что она уехала из города. Хорошо. Мне не нужно ее видеть. Боль слишком свежа.