Пила какая-то у них есть. Так ухает, что в Посаде слышно. Не клиньями брёвна на доски распускает, а пилит их. И доски ровненькие получаются, одинаковой толщины. А то и вовсе с бревна все округлости срезает, делая то бревно плоским со всех сторон. «Брус» называется. Домишки из того бруса рубить — одно удовольствие: не нужно по всей длине желобок вырубать. Клади один брус на другой через сушёный мох али траву, и всё. Так быстро дом ставится, что Прохор и не видывал раньше.
Это раньше всех приехавших со стороны в Серую крепость пускали. Теперь же за её стены и не попадёшь. Секреты свои стерегут. Только мастерам, коих чудь, как за глаза стали звать этих людей, отобрала из числа перебравшихся в Посад беглецов, вход туда дозволен.
А стеречь им есть чего. Особливо — в оружейном деле. Главное ведь, что в оружии? Какое железо на него идёт, как то железо куют да закаливают. Как бы те мечи, сабли да доспехи ни украшали, а ежели из дрянного железа они откованы, то никакого прока от такого оружья да панцирей с шеломами не будет. Только богатством, потраченным на их покупку, бахвалиться. Но в бою проку от него не будет. А в Серой крепости всегда железо лучшее из всего того, что Прохор видывал. Вон, курская пограничная стража только за изделиями из них ездит. И Шестак, гость курский, ещё раньше Прошки проложивший сюда дорожку, всё богаче и богаче на продаже здешнего железа становится.
Раньше здесь лишь клинки без рукоятей ковали, а теперь и дивной красоты рукояти да их навершия делают. Кои с листочками да веточками литыми, кои с мордами звериными. Не коваными, а именно литыми, как тот же Юрий Михайлович говорит. Из разных металлов: то из жёлтого, на злато похожего, то из белого, похожего на серебро. Но только первый легче золота, а второй — легче серебра. И не темнеет, как серебро. Потому и быстро те рукояти получаются, что не куют их, не режут, а льют. Как и из чего — неведомо то Прохору.
А ещё делают здесь самострелы лёгкие, прикладистые да сильные. Такие и у сторожи, обороняющей Посад, есть. Видел их мордвин. И видел, как далеко и точно тяжёлые стрелы тех самострелов летят. Вот две дюжины таких самострелов и собрался везти в Курск наместник Андрей Иванович. С целым возом тех стрел, названных им «болтами», увенчанных наконечниками из доброй калёной здешней стали. Как он сказал, «чтобы было князю Юрию Святославичу чем татаровей встречать под курскими стенами».
Фрагмент 29
57
Больше всего Минкин был недоволен тем, сколько топлива придётся потратить на этот поход.
— Ты, Серый, не хуже меня знаешь, что солярки нам больше неоткуда взять. А предлагаешь сжечь её больше тонны за один раз. Это же не Пронск, для поездки к которому тебе пришлось пару бочек на броню крепить. До той Коломны даже напрямую будет те самые четыреста вёрст, на которые твоя БМД рассчитана. А если с объездами лесов и оврагов, то все шестьсот будет. Три заправки, если туда и обратно! Как ты всё это повезёшь? А ближе к весне ты ещё и в Козельск намылился. Тоже ближний свет!