— С доктором я и сам разберусь. Не стеклянный, и в камере гауптвахты сможет лазутчику перевязки делать, пока мы не решим, как с ним быть.
Фрагмент 19
37
Когда строили гауптвахту, извращаться, уподобляясь азиатам, не стали. Это у тех в качестве тюрьмы обычно служит яма в земле, сверху накрываемая решёткой. Вырыли большую землянку, которую перегородили на несколько камер жердями в два слоя, засыпав промежуток между ними грунтом, чтобы «сидельцы» не могли переговариваться. Крепкие двери, запираемые снаружи мощной задвижкой, широкие нары вдоль дальней стены, бадья-параша. Над входом — тусклый источник света (две лампочки, включённые последовательно, и света чуть-чуть дают, и проработают вечность) за мутным стеклом: вот и всё оборудование.
Строили на всякий случай. Пару раз сажали в неё «остыть» драчунов, не поделивших женщину, а теперь, вот, и для пленника пригодилась. Которому, чтобы доковылял до неё, выделили самодельный костыль.
— Оставлять его нельзя, — взял слово на совещании Нестеров. — Может, отпустить.
— Сдурел, что ли? — возмутился «главный мент». — Он же монголам нас заложит.
— А что он сможет им рассказать? Те от половцев уже хорошо знают, что народа у нас немного, стена, хоть и бетонная, но невысокая. Ни дальности стрельбы из нашего оружия, ни его количества так и не выведал. Ты же не хуже меня знаешь, что до «зелёного свистка» все, кто не при исполнении служебных обязанностей, ходят без «стволов». А что за хрень у некоторых в кобуре на поясе висит, для него загадка: мы же при нём пистолеты не использовали. Про наличие у нас артиллерии он не в курсе. Даже бронетехники не видел. Ну, знает, что мы говорим на каком-то очень странном языке, лишь отдалённо напоминающем нынешний русский, что одеваемся необычно. Вывезти, на хрен, в степь, и пусть ковыляет с костылём, куда глаза глядят. Да ещё и «погранцов» предупредить, что шляется такой татарский подсыл.
— Сдохнет в степи. Или на стаю волков нарвётся, — хмыкнул Серый. — Хотя, в общем-то, это уже не наши проблемы.
— Говно не тонет, — возразил «браток».
— Хуже будет, если всё-таки доберётся до какого-нибудь русского поселения. А там дождётся ещё какого-нибудь лазутчика.
— Ну, по-твоему, Чекист, вся степь этими лазутчиками нашпигована, как «любительская» колбаса салом, — хмыкнул Алексей.
— А ты бы, Лёха, не боевички в мягкой обложке в библиотеке брал почитать, а что-нибудь про нынешнюю эпоху. Оттого у монголов и боевые операции проходили успешно, что разведка у них отлично работала.
— Тебя послушать, то это не примитивные кочевники, а что-то вроде Штатов с их ЦРУ.