— Ну, на это Панкратов бы точно не пошёл, — отмахнулся Нестеров. — А как вы, Василий Васильевич, считаете: будут половцы за поражение под нашими стенами мстить?
— Это вряд ли. Мы ему силу показали. Военную силу. Конечно, если случай представится, кипчаки по мелочам гадости будут устраивать. Но, я думаю, этим летом даже торговать приедут. А заодно и проверить: не ослабли ли мы за прошедший год? Не появился ли шанс нас подмять?
И не ошибся специалист по Средневековью. В середине июня, когда в верховья Дона пошли на нерест осетровые, а начальство ломало головы над тем, хватит ли имеющихся запасов соли на заготовку чёрной икры, под стены Серой крепости прибыла немалая толпа степняков. Со стадами коней, коров, овец и несколькими гружёными арбами. Предварительно выслав гонца о том, что идут не воевать, а торговать с соседями. Вообще в русские земли направляются, но поскольку Серая крепость ближе всех к их владениям, то, в первую очередь, завернули к ней.
— Чем торговать будете? — перевела вопрос Минкина казашка, успевшая обзавестись уже очень даже заметным животиком.
— Мал (скот), киез (кошма), тоз (соль), эшкертелген кун (выделанные кожи).
— А что взамен хотите?
— Кюмеш (серебро), тимер (железо), пычак (ножи), бюртек (зерно).
— Серебра у нас мало, зерна пока тоже не успели вырастить, а вот железо хорошее и ножи добрые на скот и соль, может, и поменяем, — внешне даже чуть недовольно (восточные люди в торговле толк знают, и не дай бог им показать, что тебя что-то заинтересовало), но в душе ликуя, произнёс Андрон. — Смотря какой скот и смотря какая соль.
— Кароши скот, самий лютши сол, из Кырым!
Из Баскунчака была бы лучше, но выбирать не приходится: икру срочно солить надо!
Фрагмент 21
41
Зимой не зря маялись, выпиливая речной лёд и перевозя его на санях в крепость. Хоть лето и выдалось жарким, но отрицательную температуру ледяные блоки в «холодильнике» обеспечивали отлично. Так что осетрины и сомятины на следующую зиму запасли навалом, тонн десять, не меньше. Правда, после путины китайские капроновые сети превратились в рванину, и зимой придётся вязать новые. Из куска брезента, который нужно будет аккуратно распустить на нитки. Геморрой тот ещё, но, когда жрать захочется, ещё и не так раскорячишься. Да и некогда сейчас, летом, ни чинить эти сети, ни вязать новые: лето, и без того работы невпроворот, а рабочих рук не хватает.
Что за работы в июне-июле? Ну, про путину уже сказано. Когда осетровые после нереста «покатились» в низовья Дона, ещё порыбачили, но уже для повседневного питания. Над картошкой буквально тряслись, поэтому все положенные операции по уходу за ней исполняли тщательнейшим образом: и дважды пололи сорняки, обильные на поднятой в этом году целине, и окучивали. Благо, колорадского жука нет, так и собирать его личинки не пришлось. А вот картофельного цвета, хорошо помогающего от поноса, надрали и насушили.