Кочевники приблизились к ограждению с северо-запада метров на триста и некоторое время совещались, рассматривая городок за стеной. Огня по ним не открывали, поскольку Беспалых хорошо понимал: им нужно будет рассмотреть и ворота. На это и рассчитывали, размещая «охотников» по позициям. И едва монголы сгрудились на дороге, ведущей от ворот, загрохотали «слонобои».
До того, как отряд прыснул врассыпную, «биржевики» успели дать два залпа. Стреляли плохо. Пулями из седла выбило лишь двоих, а один, всплеснувший руками, тем не менее, удержался на лошади и сумел ускакать. Зато выстрелом вдогонку кто-то успел свалить ещё одного кочевника.
Сергею хотелось плеваться на этих «снайперов», не способных их крупнокалиберной винтовки с оптическим прицелом попасть в крупную цель даже с двухсот пятидесяти метров. Тем не менее, пришлось тащиться с ними «за трофеями». Именно тащиться, поскольку «хозяева жизни» категорически отказались карабкаться на броню БМД и предпочли топать пешком. А потом ещё и возмущались тем, что в условиях контракта есть пункт со строжайшим запретом на фото- и видеосъёмку. Так что пришлось им красоваться, по очереди наступая на грудь одного из убитых монголов, «насухую», только друг перед другом.
Тем временем, отряд, рассыпавшийся по степи, собрался за рощицей, отстоящей от базы метров на восемьсот. А потом вылетел на полном скаку, намереваясь атаковать урусов, осмелившихся выбраться из-за крепостной стены.
— Бегом все за БМД! — заорал капитан, увидев, что всадники на скаку натягивают луки.
— Да кто ты такой, чтобы нам приказывать? — встал в позу один из «охотников».
И через секунду, всплеснув руками, уже валился наземь, сбитый стрелой, угодившей чуть выше лопатки. Вторая, уже из следующего залпа, пригвоздила его к земле. Ещё один, оказавшийся менее самолюбивым и более сообразительным, покатился кувырком, «поймав» стрелу в голень. Но больше стрелять монголам не пришлось: три пулемёта выкосили одиннадцать воинов, несущихся во весь опор, буквально мгновенно.
Вот и понадобился хирургический кабинет в медсанчасти…
Фрагмент 11
21
— Сердце не выдержало болевого шока, — развёл руками доктор. — Всё-таки оба лёгких были пробиты.
— А второй как?
— Ранение мягких тканей сквозное, грязь не занесли. Так что сначала с костылём походит, потом похромает без него, а там со временем всё восстановится.
Что писать в анамнезе и справках для свидетельства о смерти и страховой компании док уже прекрасно знал: сердечный приступ и бытовая травма. Так что разборок с милицией не предвиделось. Да и кто сюда ментов пустит на эти разборки? А двое оставшихся в живых будут молчать, как рыбы об лёд, чтобы их не посадили за убийство двух и более человек группой лиц по предварительному сговору. Наконечник монгольской стрелы, подаренный раненному ею? Просто сувенир, купленный случайно на барахолке.