Хапали, чаще всего, кривые степняцкие сабли, которые можно прикрепить где-нибудь на стене дома. Ну, и ножи, оказавшиеся откровенно дерьмовыми по качеству металла. Практичный Жилин подобрал прилично выглядящий лисий малахай (или как там у монголов называются эти шапки?), но тут же его брезгливо выбросил.

— Да на нём же вши кишат!

— Привыкай к средневековым реалиям: вши, блохи, гнилые зубы, грязь под ногтями и прочие прелести антисанитарии, — хохотнул Сергей. — Ты, Юрка, кстати, это тоже учти, когда соберёшься пробовать «красных девок половецких». Сифилис из Америки, кажется, ещё не привезли, но какой-нибудь триппер уже вполне может бродить.

— Га-га-га! Гы-гы-гы! О-хо-хо!

— Тащ капитан, гляньте! Тут целый рыцарь, только монгольский! И не кольчуга на нём, а халат, обшитый какими-то пластинками. Кажется, костяными…

— Редкий зверь! Монгольский хуяг не часто встречался.

— Кто-кто?

— Не «кто-кто», а именно то, что ты услышал! Панцирь у них так называется.

— В натуре, что ли? — обалдел браток.

— Натуральнее не бывает. Я и сам охренел, когда это название вычитал.

И понеслось словоблудие на заданную тему! Это в «приличном обществе» «братва» хоть как-то придерживаться нормативной лексики, а тут они среди «своих», да ещё и в боевых условиях.

— А как называется этот доспех, в который его лошадь с головы до ног упакована?

— Понятия не имею.

— Не, ну он с таким человеческим и лошадиным прикидом, в натуре, настоящий танк!

— А ты думаешь, почему монголам ещё предстоит задницу надрать и полякам, и венграм? Да потому, что их тяжёлая конница ничуть не уступает по моще хвалёной европейской рыцарской. Да ещё и луками вооружена, которые намного дальше знаменитых длинных английских бьёт.

Замысловато изогнутые составные монгольские луки после этих слов также нахватали «на память».

Увлёкшись выбором «сувениров», один из парней едва не поплатился за беспечность.Какой-то почти не подававший признаков жизни монгольский воин, что-то выкрикнув по-своему, попытался ударить его ножом. Еле увернувшись, боец мгновенно выхватил из кармана армейских штанов «макаров» и добил подранка.

— Да их же тут, блин, навалом, этих недобитков! — оглядевшись по сторонам, удивился он. — Может, пройтись, «проконтролировать»?

— Отставить! — рявкнул Сергей. — Не переводи зря патроны. Две трети всё равно загнутся сами. При здешнем-то уровне медицины.

— О, а тут, кажется, какой-то русский князь, судя по доспехам. Живой!

«Князь» (а может, это слово следует писать и без кавычек) действительно подавал признаки жизни. И ему, задрав рваную кольчугу, перевязали на груди рану от копья, обработав её, как положено. Прямо сквозь кольца «рубашки» кольнули в плечо промедолом, после чего вчетвером (ох, и железа на нём!) взгромоздили на броню.