— Ты ведь знаешь, для чего меня сюда послали, да?

— Тебя послали на смерть. После того, как ты вытащишь сердце, ты погибнешь. Тебя убьют стражи. После этого ты и сам станешь стражем, если только не пойдёшь со мной. Страж на границе погибшего мира это ну такое…

Снова правда. Впрочем, он ведь не знает про сердце замедления времени. У меня есть шанс, и я его использую.

— У тебя выхода нет, понимаешь? Выжить ты можешь только, если пойдёшь со мной.

Правда. Интересно, поверил ли бы я его словам про великую Россию и моё радужное будущее, если бы контролёр не снабдил меня сердцем правды? Я вдруг понял, что поверил бы. Скорее всего. Просто мне очень хотелось бы поверить.

— Этот мир всё равно погибнет. Тебе не обязательно уходить вместе с ним!

— Мама… — произнёс я. Какие слова он найдёт теперь, чтобы меня уговорить?

— Мы вытащим её. После ухода у нас будет пара дней. Успеем! Есть способ.

Врёт. Беззастенчиво, стараясь заглянуть в глаза за маской.

Я вдруг увидел Дениса таким, каким он всё это время был на самом деле. Расчётливый, холодный, очень профессиональный. Наверно, в его мире таких, как мы обучают в военных училищах. Приучают использовать таланты во имя войны и глобального противоборства. Интересно, через что он успел пройти до того, как попал к нам? Одно ясно совершенно точно: он ни перед чем не остановится для достижения своей цели. Он с лёгкостью списал со счетов наш мир. Милларды людей. Для него это всё — ненастоящее. И я тоже — не настоящий. В лучшем случае ценный трофей, в худшем — досадная помеха.

Линии пульсировали прямо возле моей головы. Вздохнув и расслабившись, я произнёс:

— Наверно, ты прав… я не хочу обратно.

В приборе ночного видения его улыбка смотрелась жутковато. Но мне удалось выиграть пару секунд, чтобы протянуть руку и достать сердце.

И тут же я его чуть не выронил. Это сердце оказалось настоящим сердцем! Буквально: живым, пульсирующим и тёплым. С него капала кровь.

Я успел заметить, что Денис напружинивается, готовясь к рывку. И тут же свободной рукой сжал ободок «часов».

Глухой удар по ушам, будто рядом что-то взорвалось. Воздух стал густым и тягучим, вдыхать было сложно. Рот Дениса медленно складывался в оскал, а передняя нога оторвалась от палубы.

А ещё за его спиной мелькнули красные отсветы. И тогда я увидел первого стража. Он был похож на человека со снятой кожей, который светился изнутри красноватым светом. Автоматика отрегулировала световой поток из-за появления нового источника света, и я снова мог видеть цвета. Быстродействие электроники хватало, чтобы быть полезной в замедленном временном потоке.