собственными слезами и смотрела на Тома с ужасом в глазах. Пыталась вырваться, но тщетно. Мейсон поднялся с колен и посмотрел на Эйлин. Разум начинал проясняться. Она была в опасности. — Отпусти ее. — Ты серьезно думал, что это сработает? — Рэй усмехнулся. — Малышка Эли сдохнет, а раз вы все здесь… Рэй поймал взгляд Мейсона и сконцентрировался на нем. Он проделывал это много раз: гипноз — дело простое. Эйлин понимала, к чему все идет. Собравшись с силами, она укусила руку Рэйдела. Во рту почувствовался металлический привкус. Рэй немного ослабил хватку, но не отпустил Эйлин. — Не смотрите ему в глаза! Он владеет гипнозом! — закричала Эйлин. — Ах ты маленькая сучка! — Рэй откинул ее в сторону. Эйлин покатилась по земле и упала к чьим-то ногам. Она замерла неподвижно, уперевшись лицом в черные ботинки. — Пип? — удивился Мейсон. Эйлин подняла глаза и увидела, что перед ней стоял здоровяк Пип. Только в его взгляде не было привычной доброты. Он не казался приветливым, а наоборот, внушал страх. — Школьный водила? Ты что здесь… — Рэй не успел договорить. Пип взглянул на него, и Рэйдел упал на колени. На его лице отразилась улыбка. Он смотрел на Пипа как на что-то святое. — Серпентес! Это ты! Ты гуляешь по моему разуму, я чувствую тебя! — Рэй засмеялся. Эйлин потихоньку отползала в сторону. Стилла так и не оторвалась от тела Томаса, продолжая держать в ладонях его безжизненное лицо. — Что за хрень он несет? Пип, ты что здесь забыл? — Заткнись, Мейсон, — вдруг произнес тот. — Или я должен сказать «мистер Мейсон»? Пип подошел к Рэйделу и коснулся его щеки. Тот прильнул к ладони и начал ласкаться, как домашний зверь. — Я знал! Я знал, что ты есть! Знал, что ты придешь и сделаешь меня бессмертным! — Он почти кричал от восторга. — Я наследник! Я наследник! Пип улыбнулся и схватил его за обе щеки. — Рэйдел, ты — ничтожество. В тебе так много гнили, что тобой даже питаться нельзя, — усмехнулся Пип. — С чего ты решил, что ты Бог? Из-за его плеча показалась змея. Она медленно обвивала его руку, приближаясь к лицу Рэйдела. Он попытался вырваться из хватки Пипа, но у него не получилось. — Передавай привет папочке. Змея впилась в лицо Рэйдела. Она кусала и кусала, пока лицо Рэя не превратилось в отбивную. Пип ослабил хватку, и тело Рэйдела упало на пол. Змея уползла в темноту. — Идиот, — произнес Пип, поправляя пальто. — Позвольте представиться. Я — Серпентес. В помещении воцарилась тишина. Мейсон, Стилла и Эйлин смотрели на знакомого им Пипа, но это был совсем не он. Перед ними