— Какие обиды, — приподняла уголки губ Лань И. — Гусеница не станет птицей.
Не говорить же им, что она не заинтересована ни в одном из сыновей клана Гао. Не поймут, кто-то даже на смех поднимет. Зачем тогда давать согласие на брак? Всем известно, что господин Лань со своей супругой не строги характером и до безумия любят своих детей. Не смотря ни на что, скажи нет, они не стали бы заставлять младшую дочь входить в клан Гао.
Людям со стороны невдомёк о трудных, мрачных временах и остром безжалостном клинке над шеей.
По-другому никак нельзя.
— Гусеницы в красивых бабочек превращаются, — протянула Тан Вэйшу.
— Здесь всё может измениться в секунды, — прошептала Цзао Бэйэр. — Ни одна из нас не может быть уверена, что не вернётся домой с позором.
— Почему с разу с позором? — лицо Сю Лань вытянулось.
Для одних позор — вернуться домой не выбранной, для других это ничего не значило. Лань И относила себя ко вторым, с небольшой пометкой: главное, чтобы клан Доу не угрожал семье.
— Думаешь, барышня Лань не волнуется? — Фэн Хунцзинь пропустила мимо ушей слова других. — Есть барышня Ци, у нас не так много шансов. У бронзы их просто нет.
— Получается, нефрит для господина Сина, господина Цзяня и господина Цзина? — прошептала Тан Вэйшу. — Тогда золото для приемников старейшин. А серебро для кого тогда?
Лань И отвернулась. Самые неверные размышления во все времена. Девушки думали, жетон — подобие распределения, как по статусу. На деле это не так. В первую очередь — это показатель соответствия критериям.
— Здесь полно лекарей, стражей, — пожала плечами Си Сюань.
— Я шла с мыслями, что стану женой сына главы ветви, а не женой стража, — чуть ли не плача протянула Сю Лань.
— Ты не одна, — закатила глаза Фэн Хунцзинь.
«Похоже, я одна», — выдохнула Лань И.
Она не против была бы оказаться поближе к одному господину в белых одеждах, приходящемуся приемником одного из пяти старейшин. Только вот бронза махала рукой, качала головой и с губ её срывалось: «домой».
— О! Это наши вещи? — Цзао Бэйэр подскочила, вытягивая шею.
Невесты обернулись, видя в приёме слуг с сундуками и большими шкатулками.
— Наконец, — взволнованно затараторила Си Сюань, — больше не придётся носить эти простые, некрасивые украшения.
Обычные шпильки и заколки, выполняющие свои прямые обязанности: держать причёску. Их красота в простоте.
— Думает, что в золоте и в цветастых камнях покорит на повал всех сыновей, — еле слышно прошептала Фан Инь, молчавшая до этого момента.