У всех у них травмы и они получены до нападения. Даже если они под подозрением, парочка проверок — и их снимут.
— Для Вас главное сейчас выздоравливать, — У-эр поднялась, отошла к столу в углу и вернулась с голубой баночкой. — Лекарь Шэн сказал, что это лучшее лекарство.
И почему снова лекарь Шэн? У него что нет, других хлопот, как вертеться вокруг неё?
— Старейшины наказали главу ветви Цзин, — У-эр старалась скрыть радость и облегчение, открывая баночку. — Вы бы только видели его лицо. Я его, конечно, не видела, но поговаривают, главу ветви Цзин таким разгневанным давно не видели.
— Всё к одному, — вздохнула Лань И, мысленно прикидывая, как скоро он доберётся до неё и станет ли преградой для него ветвь Цзянь?
— Старейшины непреклонны были, — У-эр взяла деревянную плоскую палочку с пушистым упругим кончиком. — Глава ветви Цзин пытался заставить старейшин пересмотреть решение, но слово господина Цзяня заставило уже его принять своё наказание.
Не смотря на осторожные прикосновения кисти с лекарством к щеке, Лань И всё равно скривилась и зажмурилась.
— А меня, — шикнула от боли она, — накажут?
— За что? — от непонимания У-эр даже перестала наносить мазь.
— Я же навредила господину Цзину, — Лань И приоткрыла глаза.
— Разве? — У-эр пожала плечами, обмакнула кисть в мазь и вернулась к щеке.
Под тихое шипение прозвучали слова, заставившие Лань И широко распахнуть глаза:
— Так ему и надо.
У-эр не смотрела на неё, молча и бесстрастно отложила кисть на поднос, закрыла баночку и вернулась к кровати.
— Отдыхайте, сегодня всё равно никто не разгуливает.
В ближайшие три дня так точно свободно по клану не побродить.
— Я принесла нитки, как Вы и просили, — У-эр отошла, открывая вид на шкатулку на столе и поднос с тканями. — Там же вуаль. Я ещё книгу прихватила из библиотеки, если захотите, почитаете.
Не сразу Лань И поняла: вуаль, чтобы прикрыть красоту, оставленную чужой рукой, на лице.
— Отдыхайте, если что-то понадобится, крикнете, я буду во дворе.
Оставшись одна, Лань И с минуту смотрела в потолок, размышляя о том, что дальше только сложнее, темнее, грязнее. Колесо запущенной игры преодолело ровную поверхность и сейчас катилось по плавному склону, набирая скорость. Если не сойти с пути, оно собьёт. То, что его натиск не вынести ей, Лань И понимала и принимала условия схода с дистанции. Если бы не Гао Вэньцзянь, ничего бы не случилось.
Надо придумать, как побыстрее свести Чжу Лие и Гао Вэньцзяня. А если задействовать Гао Шанъи? Не выйдет. Во-первых, Гао Шанъи не глупый, не станет помогать чужому человеку против брата. К тому же он в любовном плане не советник. Во-вторых, Гао Вэньцзянь со своей головой на плечах. Детские игры он сразу увидит. Только хуже станет.