— Давайте зайдём внутрь, — Лань И подхватила Фэнь Сяо и Мэн Шии под локоть.
В так называемой парадной части дома ничего существенного или особенного. Перед входом — ширма с выложенной из разноцветных камней картиной: парящие журавли над лотосовым прудом.
На полу — вытянутая, выложенная чёрным, белым, серым камнем картина леса, по обе стороны от неё — кресла с плоскими подушками бледно-розового цвета, между которыми узкие столики. Прямо под цвет мебели (светло-коричневый) та*. За ним — стеллажи с картинами художников прошлой династии.
— Рассказывайте, — Лань И села в кресло, близкое к та.
Фэнь Сяо и Мэн Шии опустились напротив.
— На главу клана совершили нападение, — Мэн Шии взглянула на закрытую дверь.
Лань И кивнула. Слышала, знала.
— Гао Синлун главой клана стал, — опустила подробности Мэн Шии. — И все словно рассудка лишились. Цзю Ваньлуань скоро в постели дожидаться начнёт нового главу клана.
Скривившись, она на пару секунд замолчала. Приводила мысли в порядок и сдерживала ругательства.
— Е Ваньэр старается не дать ей захватить внимание, — тяжело выдохнула Мэн Шии. — Цзао Бэйэр приходит и жалуется, что это не честно, не красиво, неправильно, и при этом таскает Гао Синлуну еду да с одного печенье делает.
Кто бы сомневался. Им теперь с удвоенной, если не с утроенной силой надо стараться выделиться и захватить всё внимание не просто Гао Синлуну, а уже главы клана.
— Ещё мне принести ему гранатового вина и орехового печенья, — цокнула Мэн Шии, — вот счастлив мужчина будет.
— Сестра Мэн, — Лань И подалась вперёд, подняв уголки губ в хитрой улыбке, — а ты и правда прийти с вином и печеньем к господину Сину.
Брови Мэн Шии поднялись сами по себе. Она даже не успела взять себя в руки.
— Может, он этого и ждёт, — пожала плечами Лань И, выпрямляясь. — Ждёт, когда к нему придут с вином для того, чтобы поддержать, а не для того, чтобы завоевать.
Как-никак, Гао Синлун потерял отца, на него свалилась огромная ответственность размером с необъятные горы, а тут ещё со всех сторон выскакивают девушки с желанием покорить, подчинить, женить на себе.
— Не сегодня, — отвернулась Мэн Шии, посмотрев на картины на стеллажах.
— В ветви Цзин спокойнее, даже не обсуждают наказание главы ветви Цзин, — заговорила Фэнь Сяо. — Си Сюань попыталась сдружиться со слугами, чтобы побольше узнать о господине Цзине.
Мэн Шии с предвкушением посмотрела на неё.
— У неё не вышло, — Фэнь Сяо неловко дёрнула уголком губ.
Что и следовало ожидать. Слуги ветви Цзин языком трепаться не станут. Они верны прошлому главе ветви, его детям, и это сильнее даже страха перед Цзин Чунцзином, который злился из-за этого. Слуги не станут помогать той, кого не знали.