Мы быстро заняли места в машине. Пятно, чьего имени я до сих пор не знал, расположился за рулём. Мотор зарычал, тачка резко дёрнулась вперёд раз, другой и покатила по двору, направляясь к арке.

Я по привычке накинул ремень безопасности. Если честно, вообще удивился, что они тут были. Автомобиль выглядел так, словно его собрали из того, что бог послал.

Интересно, что это за модель. Не то военная, не то гражданская, но сильно перепиленная под определённые нужды. И, судя по решёткам на окнах, поездочка нас ждала весёлая. В кавычках, ясное дело.

Стоило так подумать, перед глазами вспыхнула надпись:

РАСПОЗНАВАНИЕ УСТРОЙСТВА: провалено (не обнаружены соответствия с данными инфобазы)

Я пару раз моргнул. Это ещё что значит?

Ах, да, мне же добавилась способность распознавать механизмы. Что-то такое говорилось в предыдущем сообщении. Только, кажется, не больно-то много от этого пользы. Даже это громыхающее корыто не смог «узнать».

Тем временем Пятно свернул направо, прибавил скорости, и мы понеслись по широкой улице.

Большинство домов выглядели необитаемыми, некоторые так и вовсе лежали в руинах. Тут и там виднелись стаи похожих на ворон птиц. Они то взлетали и кружились, то вдруг резко устремлялись в сторону, то опускались на крыши и карнизы.

Вдруг я услышал нарастающий скрежет. Он доносился справа. Словно натужно проворачивался очень старый, огромный ржавый механизм.

Повернув голову, я увидел, как одно из полуразрушенных зданий приходит в движение! По нему снизу вверх быстро ползла светящаяся красная паутина — словно вьющее растение, завоёвывающее пространство. Она резветвлялась, становясь всё больше и гуще.

Оставшиеся от дома стены пошли трещинами: сначала тонкие, затем — глубокие и чёрные, они жадно вгрызались в бетон.

Остатки разбитых окон задрожали, зазвенели и вдруг взорвались мириадами осколков, сверкающих в жарком солнечном свете ледяными звёздами!

Каркас натужно застонал. Я представил, как стальные балки внутри изгибаются подобно живым существам, корчащимся в предсмертной агонии.

Первый этаж рухнул первым: стены сложились гармошкой, бетон крошился, во все стороны летели бесформенные обломки, ржавая арматура выламывалась из гнезд, извиваясь, как тонкие щупальца, и беспощадно пропарывала то, что должна была удерживать.

Грохот был оглушительным — не просто звук, а физическая волна, от которой задрожала земля.

Этаж за этажом складывались внутрь, проваливаясь в собственную тень.

Пыль взметнулась гигантским грибом, поглощая солнечные лучи. В сером вихре, пронизанным дрожащим алым сиянием, метались обрывки кабелей. Длилось это, правда, недолго: они опали, исчезнув в глубине растущей груды обломков.