Улыбка на лице Амелии не исчезала. Она продолжала жевать спокойно. И с удовольствием.

Антуан облегчённо выдохнул. Слава небесам, всё в порядке. Это месиво оказалось съедобным.

Но стоило ему расслабиться, как лицо Амелии вдруг исказилось.

Улыбка сползла, сменившись выражением ужаса. Глаза девушки округлились, а щеки вспыхнули ярким румянцем. Она резко выдохнула, приоткрыв рот, и начала отчаянно махать рукой перед лицом, будто пытаясь отогнать невидимое пламя.

— Огонь! — вырвался у нее сдавленный вскрик. — Во рту… горит!

Изольда тут же отложила вилку.

— Амелия, что с тобой?

Девушка схватилась за горло. Из глаз брызнули слёзы. Она открыла рот, пытаясь сказать что-то, но вместо слов вырвался лишь задушенный всхлип.

— Вода! — выдавила она. — Мне нужна вода!

Изольда в панике схватила кувшин и плеснула воды в стакан. Амелия выхватила его из рук тётушки и залпом осушила до дна.

На мгновение воцарилась тишина.

А затем Амелия закричала ещё громче.

— Ещё хуже! Ещё сильнее горит!!!

Слёзы ручьями текли по её щекам. Госпожа Амелия размахивала руками, обмахивала лицо, хватала воздух ртом.

Антуан похолодел. Ноги подкосились, и он рухнул на колени. Рядом с ним на колени рухнули его помощники и со стуком упёрлись лбами в деревянный пол.

Это конец. Он мысленно прощался с жизнью.

Изольда вскочила со стула, её лицо побелело.

— Что за приправу ты подсунул⁈ — выкрикнула она, указывая пальцем на повара. — Это духовный яд? Немедленно позовите целителя!

Один из помощников сорвался с места и побежал к двери.

Лицо Антуана стало белым, как поварской халат. Он затрясся от ужаса, не в силах вымолвить ни слова.

— Госпожа… я… я не знал… — пролепетал он, простирая руки в мольбе. — Я виноват… Прошу, пощадите…

В этот момент Амелия вдруг замерла.

Её рот всё ещё был приоткрыт, слёзы продолжали течь, но крик прекратился. Она застыла глядя в одну точку.

Изольда обернулась к ней. Страх сжал её сердце.

— Амелия? — её голос дрогнул. — Тебе стало хуже?

Медленно, очень медленно, лицо девушки начало разглаживаться. Напряжение ушло, а глаза распахнулись.

— Нет, — прошептала она. — Огонь… прошёл.

Она выдохнула.

— Остался только… приятный жар.

Изольда замерла.

— Что?

Девушка закрыла глаза, на ее лице играла блаженная улыбка. Легкий румянец покрывал ее щеки. Она глубоко вдохнула, и казалось, что сам воздух вокруг нее наполнился ароматом пряных трав и диких ягод.

— Это… это невероятно, — прошептала она.

Первая волна остроты, подобная удару огненного хлыста, сменилась глубоким, обволакивающим теплом. Оно растекалось по языку, согревало горло, опускалось куда-то в низ, неся с собой удивительное чувство комфорта и уюта.