Золотистые глаза блестели, и когда Марен остановилась на мостках, черепашонок повернул к ней голову. Марен вспомнила, как говорила ей каждый вечер: «Твой хозяин изучает важную технику. Он вернётся». Шесть недель одних и тех же слов. Дина каждый раз слушала и утыкалась мордой в ладонь.

Бран Хардмид стоял рядом.

Он наклонился и провёл ладонью по панцирю Дины. От загривка к хвосту жестом хозяина, проверяющего товар. Дина сжалась и втянула голову, цепь зазвенела о сваю.

Рид рванулся в ярости, но его ошейник тут же вспыхнул голубым, и кот обмяк, ткнувшись мордой в доски. По шерсти пробежала судорога.

Бран убрал руку, поднял голову и встретил взгляд Марен.

— Ведите их наверх, — сказал он стражникам.

Ступени были мокрыми от росы. На четвёртой нога соскользнула, но Марен удержалась сама, раньше, чем стражник протянул руку.

Герхард шёл следом. На предпоследней ступени стражник надавил ему на плечо. Деревяшка подломилась на стыке досок, и старик завалился на бок. Стражник рывком поднял Герхарда и поставил на колени перед плахой.

Палач ждал у края помоста. Широкоплечий боец Хардмидов с двуручным топором точил лезвие на камне, закреплённом у перил.

Скрежет металла заполнял площадь и отдавался в зубах.

Бран поднялся последним. Встал у края, лицом к толпе.

— Жители Серебряной Короны.

Площадь стихла.

— Мой младший брат Брут погиб, защищая наследие, которое строили наши предки четыре тысячи лет. Но чужак, допущенный в святилище по сговору с Герхардом, уничтожил его…

Пока Хардмид во всю проявлял свое красноречие, Марен заметила знакомые лица с высоты эшафота. Горан Хольм со своими людьми стоял отдельным строем, руки скрещены, лицо каменное. Арад сгорбился на дальнем конце площади с опущенной головой. Льют с Тобиасом стояли у перил и смотрели на воду, мимо эшафота.

Никто из них не шагнул вперёд, чтобы помочь им, но Марен никого не винила. У них просто не было сил противостоять Хардмидам.

Бран закончил свою переполненную пафосом речь и повернулся к пленникам.

— Предатели, у вас есть последнее слово?

Герхард молчал. Серый глаз смотрел поверх голов, туда, где заря окрашивала край озера.

Стражник за спиной Марен сгрёб её косу и дёрнул, запрокидывая голову. Перо, которое она носила в волосах с двенадцати лет, выпало и упало на доски. Стражник наступил на него сапогом.

— Смотри на народ, а не в пол, девчонка!

Марен сбросила его руку резким рывком головы. Кожу на затылке обожгло. Она подняла подбородок сама и посмотрела Брану в лицо.

— Твой брат был тем ещё ублюдком. Но ты прошёл по этому пути гораздо дальше. Все это знают.