— Бу-бу-бу!

Петя за долю секунды оказался за спиной графа и мелко затрясся, как холодец.

— Ваше сиятельство! Он птомант! Сильный! Не дайте! Я всё сделал как вы велели, я…

Рука, сжимающая артефакт, поднялась. Шею сдавило привычное кольцо. Вторая рука графа неспешно поднялась к уху. Губы что-то неразборчиво шепнули.

Из портала, с видом человека, идущего на плаху, вышел Александр Евгеньевич. Поклонился господам, нахмурился и направил в мою сторону свой короткий жезл.

— Ваше сиятельство, пятый отдел получил и обработал записи. Подобная демонстрация силы… невозможна для птоманта первой ступени. Его надо изучать…

— Изучать? — граф фыркнул, — Саша, я позвал тебя не для дискуссий. Проконтролируй, чтобы не возникло ненужных сюрпризов. Готовь инструмент для принудительного изъятия слезы.

— Ваше сиятельство, этот такой уникальный шанс…

— Еще одно слово, и я потеряю терпение, — рявкнул Граф, — Подонок убил моего сына и его слеза по праву моя.

Плечи инквизора поникли. Вот теперь почти все понятно. Убивать будут не здесь, не зря граф про путешествие намекал. Для извлечения слезы есть инструмент, но делать это будут на алтаре. Брат слил про меня информацию, но зачем он тут? Зачем графу лишний свидетель? Похоже Петю ждет сюрприз, переживет он меня всего на пару секунд. У инквизора вид виноватый и напуганный. Он тут не по своей воле. Помочь явно не сможет граф его держит за что-то личное и болезненное.

Портал, закрылся. Вместо него загорелся новый. Засновали новые люди, охрана, слуги. На голову натянули старый добрый мешок. Голова потянулась, тело поплелось следом, не желая остаться бесхозным.

В переходе тряхнуло. Резанул яркий свет, дохнуло жаром, лицо обожгло песком и горячим ветром. Я на секунду задохнулся. Степь до горизонта, ковыль, колючки. Далеко мы от столицы, южнее. Полуденное солнце прямо над головой. Подобные пейзажи в Калмыкии видел. Если раньше кто-то и мог вмешаться, то тут полный безоговорочный трибунал. Интересно, не держит граф свою спутницу под локоть. Он просто держит сам локоть, а мадам касается его кончиками пальцев.

— Владимир, ты куда меня притащил? Это что за медвежий угол? Тут жарко и душно.

И взгляд у него на спутницу интересный — обожание, смешанное с опаской. Да тут она самая главная. Нет, главный все-таки граф, она самая сильная, но не рисуется. Именно она так артистично превратила слуг в лужи.

— Прелесть моя, сейчас будет самое интересное. Тебе же тоже любопытно, как…

Женщина едва заметно скривила губы и пошла по кругу, осматриваясь с видом критика на премьере плохой пьесы. Подставила лицо ветру, покружилась. Любуется собой? А что в глазах?..