Вадис стремительно прошел к столу, сел обратно на место.

— Допустим, все так и есть. Допустим, мы проморгали самородока-теоретика. А он сам взял и вылез. Надоело ему быть безынициативным. Хорошо. Но имей в виду, ты теперь «на карандаше». Глаз с тебя не спущу. В любом случае, твоя хорошая память сильно помогла. Давайте о главном. Майор Назаров доложил, что радист успел рассказать о третьем диверсанте. Который руководил группой. Котов, верно?

— Так точно, — подтвердил капитан, — Описание есть. Шрам на щеке, лысоватый, круглое лицо. Говорит по-русски без акцента. Радист утверждал, с этим человеком носились в школе абвера как с важной птицей. Имя, к сожалению, неизвестно. Группу отправдяли спешно. Не дали до конца подготовиться. Честно говоря, товарищ генерал, смущает меня это. Такое чувство, будто у немцев какая-то другая цель. Они эту группу будто использовали для чего-то более важного.

Вадис прищурился.

— Вот именно, капитан! Ты понимаешь, что мы имеем дело не только с диверсантами? У нас под боком, возможно, в самом штабе фронта или в штабе армии, сидит жирная, опасная крыса. Предатель. Информация о литерном эшелоне Б-70 была секретной. О времени его прибытия и месте стоянки знал ограниченный круг лиц. И если этот ваш «Лесник» был осведомлён, где ждать поезд… Значит, кто-то ему данную информацию передал.

— Вы думаете, он уехал в Золотухино, чтобы встретиться с информатором? — спросил Котов прямо.

— Или получить новую цель, — предположил Вадис. — Золотухино — это узловая станция. Эшелоны, госпитали, тылы 13-й и 70-й армий.

Генерал откинулся на спину стула, провел широкой ладонью по лицу. В одну секунду он вдруг стал уставшим.

Работа в преддверии важной битвы выматывает всех. Особенно, если ты руководишь контрразведкой и тебе нужно контролировать каждый чих на этой территории.

— Тот, кто повел группу, не просто куратор,– произнёс Вадис, — Он полевой игрок. Это факт. Но важный игрок, раз его абвер в задницу целовал. И он очень самоуверен. Разгуливает по нашему тылу, как у себя дома.

Я мысленно усмехнулся. Забавно. Генерал не знает, что Крестовский — из будущего. Но своим чутьем чекиста понимает главное — перед нами особый враг. Опасный и умный,

— Товарищ генерал, — я сделал шаг вперед. — Разрешите?

— Говори.

— Этот человек… Если сделать вывод из всей, существующей у нас информации… Он не будет отсиживаться. Пойдет до конца. Ему нужны не просто эшелоны с топливом. Я бы сказал, ему нужно изменить ход событий. Ударить в сердце.

Это было рискованно. Я приписывал Крестовскому мотивацию, которую знаю из будущего, но маскировал её под оперативную аналитику.