— Поныри? Твою мать… Там же… — Назаров выхватил листок из рук капитана. Пробежал глазами. — Какая-то хреновина… ни черта не понятно. Как ты, лейтенант, эту информацию вывел? — пробормотал он и посмотрел на меня. В глазах — сомнение, недоверие. — Такого шифра раньше не использовали. Вообще впервые вижу. Ты его откуда знаешь, Соколов?
Черт. Опасный вопрос. Ситуация опасная. Одно неверное слово — и мне трындец.
— Читал в журнале. Научном. Этот шифр только начали разрабатывать, — выдал я на голубом глазу, даже не моргнув. — Буржуйская система, товарищ майор. Новая. Математическая логика. Не в том суть! Главное — есть понимание. Надо брать сволочей.
— И то верно, — Назаров хлопнул меня по плечу, видимо, решив отложить распросы на потом. Повернулся к Котову. — У тебя, капитан, есть ровно полтора часа. Сам знаешь, что делать. Нейтрализуй группу диверсантов. Если не удастся, если ошиблись… Будем минимизировать ущерб от возможного удара. Возьмите двоих из комендатуры. Связиста еще. Сообщишь результат. Рвите туда! Времени в обрез. Живыми берите сволочей. Ясно? Живыми. Нам нужен радист и коды. Радиста берегите как зеницу ока. Я к Борисову. Нужно организовать вывод эшелонов из-под удара. Поднять истребители.
— Товарищ майор, — Котов шагнул вперед, — Если вывод начнется раньше, чем мы доберемся до диверсантов, они могут сообщить об этом. И сами уйдут. Тогда будет новая угроза, но неизвестная.
— Ты думаешь, я не понимаю, капитан⁈ — вызверился Назаров. — Но готовность должна быть. Уложишься, справишься — молодец. Если нет… — Майор задумался на секунду, а потом добавил, — Справишься. По-другому не может быть. Давай. Действуй! — Он снова обернулся ко мне, — Соколов, ты с ними.
— Есть!
Адреналин ударил в кровь, смывая усталость. Мои мысли, мои опасения были верны. Крестовский здесь. В 1943 году.
Я должен вычислить его и остановить.
Глава 5
Мы выбежали на крыльцо школы. Впереди несся Котов. За ним — я. Сидорчук умчался раньше, чтобы подогнать машину.
Солнце уже медленно ползло вниз, к горизонту. Приближались те самые долгие июньские сумерки, когда небо на западе кровоточит закатом, а по оврагам собирается мгла.
Во дворе, чихая сизым дымом, стоял и трясся «ГАЗ-АА». Ильич бегал вокруг «полуторки», злобно пинал колеса. Что-то его не устраивало в их состоянии.
— Твою мать! Где комендантские⁈ — Котов покрутил головой, выискивая обещанное подкрепление, вытащил «Вальтер», щёлкнул затвором, снова спрятал его в кобуру,— Назаров дал полтора часа. Сокращаем до часа. Каждая минута на вес золота.
Внезапно раздался знакомый рёв мотора. Из-за угла здания вылетел «Виллис», забрызганный грязью по самую рамку лобового стекла.