Попав в 1943 год, первым делом сумасшедший ученый разыскал этого придурка. Предсказал ему пару событий — например, точную дату налета авиации или провал наступления под Харьковом.

Потом поведал что-нибудь из жизни. Какие-нибудь особые факты. Для Лесника это выглядело как божественное откровение. Как пророчество. Он же форменный псих. Помешан на своей ненависти. А потом Крестовский отправил его к фашистам.

Логично. Очень. Таким образом он подстраховался. Чтоб не подставлять свою голову. Сначала пусть поработают марионетки. Если фрицы поверят и поведутся, то, спустя время, явится к ним сам.

Черт… Насколько велик список людей, которыми Крестовский может пользоваться в своих интересах? И кто эти люди.

Как именно Лесник попал к немцам — вторично. Думаю, принес важные сведения, полученные от своего шизанутого Пророка. Детали мы в штабе выясним. Размотаю урода. По кусочкам резать буду, но он мне все расскажет.

— Карасев, — произнес я. — Мы ошиблись. Это не он.

— В смысле? Как не он? Вот же — башка лысая! — Карась схватил диверсанта за голову, покрутил ее, — И шрам имеется. И ведёт он себя как… как сволочь предательская! Даже не отпирается. Лесник и есть.

— Лесник, — согласился я, — Но он не тот, кто там нужен. Не главный. Он только исполнитель. В той диверсионной школе появился не по своей инициативе. Его направил определенный человек. С определённой целью.

— Лейтенант… — Мишка покачал головой и прищелкнул языком, — Ты мне это брось. Куда, на хрен, направил? Кто?

— Реальный враг. Ты слышал его слова о Пророке?

— Слышал. И его слышал. И тебя. Вы оба какую-то чушь несли. Давай вернемся в штаб, там будем выяснять, кто есть кто. Теперь-то можно выдохнуть. Мы его взяли.

Лесник вдруг запрокинул голову и рассмеялся. Громко, лающе.

Натуральный псих. Чертов шизофреник. Неудивительно, что Крестовский его выбрал. Рыбак рыбака, как говорится, видит из далека. Больше изумляет, что диверсант ухитрился нигде не спалиться. У него же явные проблемы с башкой.

— Выдохнуть⁈ А-ха-ха! Выдохнуть! Опоздали, суки краснопузые! — заорал он, брызгая слюной, — Можете меня пытать, можете убить! Плевать! Часики уже тикают! Скоро все взлетит на воздух! Некому будет выдыхать!

Я резко, в два шага снова оказался рядом с Лесником, схватил за грудки. Желание открутить уроду голову увеличилось в разы.

— О чем ты, гнида⁈ Что взлетит?

— Тротил! — визжал диверсант, глядя на меня безумными глазами. Кукушку ему подорвало окончательно. Зря, наверное, головой о кирпичи бил, — В поезде! Когда он дойдет до точки — БУМ! И все. А-ха-ха! Сдохнете. Все сдохнете. Там полтонны, не меньше.