Я посмотрел на Лесника, который продолжал подвывать.

— С собой эту падаль брать нельзя. Будет орать, кровью истекать, мешаться.

— К Сидорчуку! — скомандовал старлей, — Бегом! Тащим его!

Мы подхватили воющего «майора» под руки и поволокли по грязи. Он пытался повиснуть мешком, скулил, что не может идти, но Карась быстро привел диверсанта в чувство тычком ствола в ребра.

— Шевели копытами, гнида, а то вторую ногу прострелю! — рыкнул Мишка.

Угроза подействовала. Лесник запрыгал на одной ноге. Даже голосить стал чуть меньше. Говорю же, ссыкливая тварь.

Не успели мы пробежать и ста метров, как из темноты вынырнул патруль. Их привлекли звуки выстрела.

Трое военных выскочили из-за вагона, сразу вскинули оружие.

— Стоять! — крикнул один из бойцов.

— Спокойно! — так же громко ответил Карась, одной рукой вытащив из кармана гимнастерки красную книжечку, — Работает СМЕРШ.

Патрульные подбежали ближе. Удостоверились, что мы реально из контрразведки.

— Товарищ старший лейтенант, помощь нужна?

— Нужна! — рявкнул Мишка, — Нужно, чтоб вы за станцией лучше смотрели! Чтоб всякую падаль сюда не пускали, не давали ей просочиться. У вас под носом враг шляется туда-сюда! Как по проспекту, мать вашу!

Бойцы слегка прибалдели от его напора.

— Бегом к дежурному, — вмешался я, — Скажите, что 89-й идёт к 45-му километру. На техническую стоянку. Диверсия. Он поймет. Все дальнейшие действия согласно инструкции.

Патрульные, услышав пугающее слово «диверсия», резко развернулись и побежали к зданию вокзала.

Мы с Карасем тоже побежали. Но в другую сторону. Неслись вдоль путей, спотыкаясь о шпалы. Тащили долбанного Лесника, который то пытался изобразить потерю сознания, то начинал выть, то требовал развязать ему руки.

Впереди, у длинного деревянного склада, маячил силуэт нашей «полуторки». Мы двигались именно к ней.

— Ильич! — заорал Карась, когда до машины оставалось несколько метров, — Ильич, твою мать, принимай посылку!

Из кабины выскочил Сидорчук с винтовкой наперевес. Мы подбежали. Бросили Лесника в грязь у колес.

— Это он? — сержант хмуро посмотрел на окровавленного «медика».

— Он, — выдохнул я. — Слушай боевую задачу, Ильич. Нам срочно надо догнать один поезд. Этого оставляем тебе. Головой за него отвечаешь. У него важная информация. Очень. Глаз не спускай. И жди Котова.

— Понял, — кивнул Сидорчук. — А если…

— Что «если»? Что «если»⁈ — вызверился Карась, — А то не знаешь! Если дернется, если кто-то попытается его забрать, — стреляй.

— Есть, — Сидорчук ткнул в Лесника стволом «мосинки». — А ну, полезай в кузов, контра.