Приехала домой три часа назад. Таблетки на тумбочке, вот здесь. – Он ткнул куда-то, но она не могла сосредоточиться. – Не принимай все сразу. – Нет… я… Гектор увидел, в каком она состоянии, и сжалился над ней: – Смотри, вот. Джоан взяла две таблетки из протянутой руки, затем стакан воды. – Почему ты не на работе? – пробормотала она. – Ха! Ты не соображаешь, где находишься, не видишь из-за фингала под глазом, но переживаешь о моей работе в министерстве. – Не в министерстве, – сказала она, закрывая глаза. Это уж она знала точно. – Еще как в министерстве, – настаивал он. Она какое-то время молчала, давая отдохнуть закрытым глазам, но не слышала закрывающейся двери. Он ждал. – Там был фургон, – сказала она наконец. – Что-то… – Да? – Что-то не так… чего-то не хватало. Я… – Да? Что? Вопрос звучал искренне, а не так, будто она сходит с ума. Джоан попыталась вспомнить свои мысли перед потерей сознания. Последняя прогулка возвращалась к ней фрагментами. Пересечение Лупер-стрит. Деревья на Уорик-сквер. Облака над головой. Ее шляпа. Дорога, взбухающая навстречу… Она резко села, открыла глаза и поморщилась. – Тихо, тихо, – произнес мягкий шотландский голос. – Полегче, девочка. Но она хотела вспомнить – не все, а ту часть, которая не давала ей покоя. Что-то было не так… что-то ее напугало… А потом еще что-то странное. Слишком много всего. – В больнице сказали, меня сбил фургон, – сказала она. – Угу, – согласился Гектор. Нет. Она вспомнила: ее толкнули сбоку, как при грубом захвате в хоккее на траве. Хотя удар решетки радиатора должен был прийтись в лоб. – Я была на улице… и фургон был… – Она закрыла глаза от вспышки воспоминания. – И кто-то столкнул меня с дороги. Да? Я не понимаю, как я могла бы… Фургон был… – Столкнул? – спросил Гектор. – Я не знал. Как удачно. – Человек, который поехал со мной в больницу. Медсестры сказали, что он не оставил имени. – Добрые самаритяне любят оставаться анонимными. – Да, наверное… – сонно пробормотала Джоан. – Спи, девочка, – подбодрил он, наклоняясь, чтобы поправить ей подушки. Идея показалась хорошей, и она уснула. Сон Джоан был беспокойным, ее мучили кошмары и будила головная боль. Ныли рука, спина и бедра. Когда нужно было в туалет, приходилось, шатаясь, брести в ванную. Она бы поползла на четвереньках, если бы не сломанное запястье. Еще один день прошел в боли и смятении, но к вечеру она начала чувствовать себя лучше. Гектор иногда был рядом, кормил ее бульоном и поил чаем. Он даже предложил ей руку, когда она решила, что достаточно