силы, чтобы надеть коронационное платье и произнести историческую речь – первое выступление монарха в этом месте – когда она едва может стоять? Королеве потребовалось огромное усилие воли, чтобы призвать на помощь бабушкину выдержку. Она не важна – важна работа. Как мать, она не могла этого сделать; как монарх, была обязана. К тому времени, как за ней пришел Филип, она была готова. – Ты в порядке, Капустка? Кто-то сказал, что ты шлепнулась в обморок. – Ничего подобного. Все прекрасно, спасибо. Ты знаешь, куда идти? Открытие канадского парламента прошло безупречно. Королева чувствовала себя изможденной, но старалась этого не показывать. По возвращении, до вечернего банкета, сэр Хью сумел ввести ее в курс дела относительно местонахождения заговорщиков. – Боюсь, тут мы немного упустили инициативу, мэм. Важно было не раскрыть подлецам карты. Думаю, Тони Раднор-Милн тем временем что-то пронюхал. Он уехал в Южную Африку, представьте себе. Как только он ступит на британскую землю, его арестуют за измену. – Пусть там и остается. Что насчет маркиза Саффолка? – В тюрьме в Индии. Не совсем тот йога-ретрит, на который он рассчитывал. Остальные знают, что мы знаем, – если вы понимаете, о чем я. Премьер-министр не хочет арестовывать всех, иначе это будет выглядеть как дворцовый переворот. Можно напугать рынок. “Не так, как напугали меня”, – подумала королева. Она иногда беспокоилась о том, что будет с ее детьми в случае, если что-то произойдет с ней , но никогда всерьез не рассматривала возможность, что что-то может случиться с ними . Однако она чувствовала себя немного лучше. – А Мейдстоун? – А. – Сэр Хью поправил очки. – Он, кажется, тоже что-то прознал. В последний раз его видели на посадке в самолет до Чикаго. – Америка! – По иронии судьбы, у него там друзья. Полагаю, его найдут очень быстро. Тем временем остается вопрос с Джереми, мэм. – Да, остается, – сказала королева. – Мы позволили ему работать в комнате без телефона. Он знает, что что-то не так, но не знает, что именно. Я подумал, вы, возможно, захотите разобраться с ним лично, мэм. Королева подняла глаза. – Это очень любезно с вашей стороны, Хью, – тепло сказала она. Заботливый жест со стороны занятого человека. – Я захочу. Джереми Раднор-Милн нутром чуял, что игра проиграна. Уже неделю он подозревал, что сэр Хью что-то знает. В Северном крыле проводили совещания, на которые его не приглашали. Он продолжал информировать редакторов газет, но они, казалось, получали другие сведения от кого-то еще. Краткие беседы