Василий смотрел на образ святого воина, и на его лице расцветала радость. Он знал, что справедливость обязательно восторжествует, даже если все вокруг должно обратиться в прах.
Это и было истинное испытание веры!
[1] Старорусское — нахлебник, паразит.
[2] Старорусское — непоседливая девушка.
Глава 15
ГЛАВА 15. Момент истины
Никитский переулок
Управление полиции по Московской области
Начало апреля. Четверг
Агафонов сидел в кабинете криминалиста и терпеливо ждал, пока Виктор Павлович найдет в картотеке необходимые таблицы. А дело это было небыстрое. Сдвинув очки на нос — вторые, более мощные, первые висели у криминалиста на груди, — начальник отдела послюнявил пальцы и стал быстро перебирать старые, заполненные убористым почерком картонки, нанизанные на металлическую скобу.
— Ведь не может быть, чтобы следы преступления были зафиксированы, а убийцы — нет, — нарушил тишину оперативник.
Не отрываясь от дел, криминалист ответил многозначительным:
— Угу, конечно.
— Не мог же убийца подлететь к жертве по воздуху.
— Угу, не мог, — продолжил соглашаться Виктор Павлович.
— Тогда как он совершил убийство?
— Угу, как?
— Так я и спрашиваю, как у него это получилось?
Застыв, криминалист покосился на Агафонова. Складывалось впечатление, что он только сейчас уловил нить разговора.
— Что ты говоришь-то? — уточнил он у Кирилла.
— Я говорю, что в деле убийства Лариной как-то уж все слишком странно. Никаких следов. Как убийцу-то искать, не подскажете?
— Почему «никаких следов»? — удивился Виктор Павлович. — Следов полно, просто они не ваши.
— Что значит «не наши»? — не понял Агафонов.
Криминалист извлек из желтой колоды искомую карточку и, поправив очки, удовлетворенно крякнул.
— Потому что эта нога — у того, у кого надо нога.
Стало только запутаннее.
— Блин, Кирилл, чего же ты такой непонятливый? Были там свежие следы: и с одного входа в туннель, и с другого. Даже очень много. Только никакого отношения они к вашему делу не имеют, потому что люди не летают, как птицы, отрастив себе большие ягодицы!
— А если все-таки это наши следы? — уточнил Агафонов.
— А если бы да кабы, да во рту росли грибы! — пропел Виктор Павлович и сел за стол напротив оперативника. — Не там ты ищешь, Пинкертон. Занялся бы лучше виктимологией. Или вас такому в ваших вышках сейчас не учат?
Кирилл нахмурился. Очень захотелось схватить телефон и загуглить странное, но отдаленно все-таки знакомое слово. Только как-то это несолидно: информацию из интернета черпать.
— Думаешь, её и не убивал никто? — осторожно обратился он к Виктору Павловичу.