Территория у Трёх Рек уже какое-то время используется нашим родом в качестве места зимней стоянки. Пойменные леса обеспечивают топливом, а стада бизонов, антилоп и лошадей — свежим мясом. Эти охотничьи угодья одни из лучших среди имеющихся у племени, вот только делить их приходится с прайдами львов.

Большие кошки — грозная сила, с которой приходится считаться, устраивая стоянку, или же попросту проходя по их владениям. Учитывать близость такой семейки в наших интересах, а потому впереди каравана теперь идёт авангард из троих охотников.

Сегодня я — один из них, и жёнам приходится тащить мою волокушу, а потом возвращаться за своими, раз за разом. Вместе со мной идут Видящий Тень и Твёрдая Рука.

Мы движемся примерно в полукилометре впереди каравана, и тщательно осматриваем гладь равнины. Но трава высока, выжжена солнцем, и разглядеть в ней львиные тела крайне проблематично.

Иногда характерным признаком близости львов служит недавно съеденная туша, или же кружащиеся над равниной тераторнисы. Сегодня за первую половину дня мы пока не увидели подобных примет и потому продвигались всё увереннее.

Но вот показались небольшие рощицы гледичии и отдельные амбровые деревья. С одного из них лениво взлетел тераторнис, обронив остатки добычи.

Здесь мы пошли осторожнее, минуя заросли. Твёрдая Рука, обычно нетерпеливый, вдруг задержался под деревом, что-то рассматривая. Почти-брат замахал рукой, подзывая нас, и я, удивлённый его реакцией, поспешил поглядеть на находку.

Охотник медленно повернул окровавленный костяк, который я в первый момент принял за расклёванный трупик какой-то небольшой обезьяны. Но разум сразу отверг подвернувшуюся версию — обезьянам в Северной Америке взяться неоткуда.

Кости, покрытые остатками плоти, бесспорно принадлежали младенцу нескольких месяцев от роду. Клюв тераторниса оставил на них глубокие отметины, особенно частые на лицевой части черепа. Судя по свежести останков, очень небольшая вероятность, что птица подобрала умершего ребёнка. Скорее всего, тераторнис ухитрился похитить малыша у зазевавшейся мамаши.

Вот только ближайшие к нам люди должны находиться далеко по ту сторону Пляшущей реки, и потому я понимаю внезапный интерес почти-брата к останкам. Тераторнису ни к чему лететь с добычей десятки километров, чтобы спокойно пообедать. Птица, урвав кусок, обычно улетает не слишком далеко, а значит где-то впереди нас ждёт возможная встреча с неизвестными людьми.

Наш караван уже близко, и потому мы не торопимся оповестить вождя. Совсем скоро Слышащий окажется рядом и сможет осмотреть находку самостоятельно.