Чёрт наклонился и ухватил «самовар», там внутри кто-то возмущенно затренькал.

— Теодор! Какого дьябло⁈ Мы сюда за этим и пришли! Это и есть наша цель. Я никуда без моей Helga Dominatus не поплыву!

Фёдор вздохнул, посмотрел на голема, который так и замер, согнувшись над ловушкой. Он в нерешительности глядел то на Сороку, то на Хельгу.

— Грузи, — кивнул автоматону Фёдор. — Поставь по центру плота.

Робот зашел на их импровизированное транспортное средство, пинками отогнал заснувшего в центре Живчика и поставил туда ловушку.

— Тайвин! — еще раз крикнула девушка.

— Всё, отплываем, забирайся сюда.

— Я что-то слышала! — воскликнула Хельга и побежала к границе лагеря. — Это Тайвин. Я чувствую!

Фёдор выругался, подхватил карабин и бросился вслед за ней. К его удивлению, это действительно оказался ее брат. Всегда чистый и аккуратный, сейчас он имел удручающий вид. Светлый тропический костюм был измазан грязью и соком растений. Пробковый шлем он потерял, грязные волосы с кровью налипли космами.

— Тайвин! — причитала девушка, обнимая брата.

Тот никак не реагировал, он смотрел на Фёдора, безвольно опустив руки.

—«Чего-то он мне не нравится», — решил Змей.

—«А раньше нравился?» — с иронией спросил Умник.

—«Сейчас особенно не нравится».

— Братик! Что с тобой случилось⁈ Мы почти уже уплыли! Тут в лагере никого нет. И кровь! И обезьяны!

— Нам надо вернуться назад, — глухо ответил Тайвин.

Фёдор заметил, что глаза у него смотрят немного в разные стороны. За ним на самой опушке мелькнул тёмный силуэт.

— Хельга тащи его на плот, быстро! Отплываем сейчас же!

— Всё, Тайви, пошли. Давай за мной.

Блондин махнул головой и пошел за сестрой.

— Надо вернуться, где все, — тихо сказал он.

— Вернемся, конечно, вернемся. Пошли.

— Быстрее, ради всего святого! — прошипел Фёдор, держа опушку на прицеле и отходя назад.

* * *

Пару дней всё шло спокойно. Плот медленно, но неумолимо плыл вниз по реке в сторону основного лагеря. Сашко становилось хуже, хотя Фёдор раз в день обрабатывал его раны и менял повязки. Хельга хлопотала вокруг брата, тот был сильно заторможенным, отвечал невпопад и совершенно не рассказывал, где он был и что с ним случилось. Просто молчал, явно не понимая, что от него хотят. Вообще этот Тайвин разительно отличался от того высокомерного выскочки, которым он был несколько дней назад.

Управление плотом легло на Фёдора. Вода была спокойная, Сорока сидел спереди и глядел, как мимо двигалась стена деревьев. Иногда между ветками прыгали мелкие звери, в воздух взлетала яркая птица с длинным хвостом. Ночью, в свете луны, плот помогали толкать золотые змеи. Они кружились вокруг, иногда выпрыгивали из воды и показывали безопасный путь, если спереди было препятствие. Пару раз пришлось с помощью шеста огибать упавшие в воду деревья. А сегодня утром Фёдор отогнал пару заинтересовавшихся плотом аллигаторов. Удар шестом между глаз утолил любопытство пресмыкающихся, и они оставили путешественников в покое.